Уже на днях встретишь его, — напомнил Роберт и снисходительно бросил блондину и его другу: — Спасибо за известия. А теперь нам с братом надо отдохнуть.
Дворяне попрощались с Долматовыми и торопливо покинули кабинет, осторожно прикрыв дверь."
"— Что думаешь? Добьём его? Если всё сделать правильно, то никто не подумает на нас. В той же Пустоши люди часто умирают, — мрачно произнёс Эдуард, полыхнув глазами с искрами ненависти, граничащей с лёгким помешательством.
— Добьём. Обязательно добьём, но спешить не будем. Признаться, мне даже любопытно узнать, действительно ли изменился Громов или два дебила все переврали.
Сперва поиграем с этим выродком, а потом прихлопнем его.
Глава 5
Сокрушённо крутя головой, я покинул туалет, в очередной раз проклиная ещё один изъян человеческого тела.
Нет, я знал, что от переработанной жидкости нужно постоянно избавляться, но за годы, проведённые в тюрьме, подзабыл об этой особенности смертных.
А ещё я забыл, что некоторые люди почему-то считают нормой врываться в чужие комнаты, когда там нет их хозяев.
— Поглоти тебя Хель! — от неожиданности воскликнул я, увидев Павла, сидящего на моей кровати и нетерпеливо дрыгающего ногой.
— Хель⁈ — выпалил паренёк, удивлённо вскинув брови. — Это кто такая?
— Не бери в голову, — отмахнулся я, подумав, что либо Павел не особо эрудированный подросток, либо в этом мире мало кто слышал о богах из скандинавского пантеона. — Ты чего явился? Да ещё так нагло. Больше не входи в мою комнату, пока я не разрешу. Уяснил?
Тот слегка обиженно кивнул и следом протараторил, с невероятной надеждой уставившись на меня блестящими глазами:
— А это правда, что ты выбил зуб Алексею Сомову, прихвостню Долматовых⁈ Так говорят на улице, но мало кто верит в это.
— А ты сам как думаешь?
Подростку явно страстно хотелось, чтобы слух оказался правдой. Однако он знал, каким слизняком был его брат, поэтому повесил голову и прошептал:
— Врут поди. Сомов — маг. А ты… ты нет.
— А знаешь, чей это зуб? — кивнул я на резец, смирно лежащий на подоконнике.
— Неужели его⁈ — выдохнул парень, резко вскочив с кровати, будто ему матрас пинка дал.
— Ага. Сомова.
— Расскажи! Расскажи!
Ну, я и поведал ему историю, как наказал тупых дворян.
И, наверное, впервые в своей жизни Павел посмотрел на Александра с гордостью. Его тщедушное тельце распирало от ликования.
А я почувствовал толику удовлетворения. Нравится, когда на меня смотрят с восхищением, хотя детей не люблю. У меня их даже нет, а лет-то мне ого-го сколько.
