— На кой шут⁈
— «Коктейль» поможет твоему телу не потерять сознание, — пояснила свой произвол мулатка.
— Да я и не собирался терять его…
— … Что это? — встревожился Горский, глянув во тьму, откуда донеслась волна щелчков.
— Разорви меня Перун! Опять они! — яростно выдохнул Ратников.
Пауки широким потоком вытекали из дыры под потолком. Спускались по стене и двигались к храму с той стороны, откуда мы пришли. И их было столько, что я даже такой цифры не знал. Сколько капель воды в океане? Вот столько их и было.
— Надо уносить ноги, — мудро сказал Ратников, схватив мои сабли.
— Да, такое количество монстров мы не одолеем. Не одолеем же? — вопросительно глянула на меня Огнева.
— Не хотелось бы это проверять, — уклончиво ответил я.
Всему же есть предел! Вот если бы мне дали пару часов отдохнуть да плотно покормили, тогда бы я развалил этих пауков и ещё станцевал. А этот «коктейль» что-то не особо-то мне и помог. Или еще поможет?
— За мной! — решительно бросил Ратников, помчавшись по плитам храма.
— Я чувствую, где выход!
— Эй, куда⁈ — жалобно заголосил Горский. — А мои доспехи? А топор? Их надо найти! Они же родовые!
— Мы уходим, — процедила девушка, побежав рядом со мной. — Если хочешь, сам ищи их.
Аристократ бросил взгляд на шевелящийся мохнатый поток и припустил за нами. Да ещё так ускорился, что обогнал и меня, и Огневу.
Ратников же уверенно повёл наш отряд через монструозную пещеру, изобилующую громадными камнями. Мы огибали их, слыша приближающихся пауков. Они двигались быстрее нас, заставляя графа чуть не повизгивать от страха.
С него окончательно слетел образ крутого воина.
Огнева презрительно поглядывала на Кешу и порой встревоженно смотрела на меня.
— Громов, ты как? — спросила она.
— Ерунда. Я так каждый свой день рождения отмечаю.
— И сколько их у тебя было? — негромко уточнила девушка, прищурившись.
Я кривой усмешкой ответил на её вопрос и с сожалением покосился на храм. Эх, а ведь где-то там артефакт, который должен был уничтожить мою душу. Мне бы он пригодился.
Ладно, потом вернусь за ним.
А сейчас бы оторваться от полчищ пауков. Они с упорством, достойным лучшего применения, продолжали преследовать нашу группу.
А у меня вдруг стали тяжелеть конечности, слипаться глаз, а на грязной коже обильно выступил пот. Что за дела?
— Огнева, что со мной? — прохрипел я, еле двигая языком. — Это все твой «коктейль» просроченный? Может, его нельзя было мешать с паучьей гемолимфой?
— Боги! — поражённо выдохнула она.
