Она, как и все, замерла, поражённая в самое темечко дерзостью неизвестной девицы, то бишь смуглянки.
Казалось, даже комары притихли и лошади, прежде ржавшие в конюшне.
— Кажется, она полоумная, — предположил хлопающий зенками Окунев, всё так же сжимая нетвёрдой рукой револьвер.
— Да плевать, что она полоумная! — взревел Карпов, побагровев так сильно, что кровь едва не хлынула из пор на лице. — Стреляйте в эту суку, сударь Окунев! Даю десять золотых за попадание в голову! А ежели промахнётесь, я порублю её саблей!
Его толстые пальцы метнулись к поясу, где в богато украшенных полудрагоценными камнями ножнах покоился клинок.
— Новая потеха! — азартно взревел Окунев и направил револьвер в сторону Мии, спокойно замершей возле колодца.
— Ага, — согласился я с Окуневым и швырнул в него слабенький «взрыв энергии» первого уровня.
А зачем было тратить более сильный, ведь в этом мире нет магических артефактов? Совсем нет. По крайней мере, мне на глаза не попался ни один со времени моего тут появления.
Вот и у дворянина вряд ли имелось что-то подобное. И я оказался прав…
Моя магия светло-зелёным сгустком пронеслась по воздуху и угодила прямо в горящую злым весельем харю аристократа. Сверкнула вспышка и запахло палёной плотью. «Взрыв энергии» до самой кости сжёг лицо ублюдка, заставив того замертво рухнуть на спину, выронив револьвер. Оружие со стуком упало на крыльцо рядом с ногами багрового Карпова, ошарашенно распахнувшего рот с изъеденными кариесом зубами сладкоежки, ленящегося почистить их.
— Да как… да как!.. — неожиданно тоненьким голосом взвизгнул он, налившись искренним непониманием ситуации.
В его картине мира не укладывалось, что какие-то бродяги в плащах могут так себя вести с дворянами. Впрочем, уже через миг он нашёл ответ на такой вопиющий поворот судьбы.
— Враги! Нападение! Нас атаковали маги, ряженые в простолюдинов! — заорал он и проворной свиньёй юркнул в дверь постоялого двора.
Третий дворянин с перекошенным от ужаса лицом хотел последовать за ним, но ему помешали вилы, с хрустом воткнувшиеся в спину и вышедшие из груди.
Он грохнулся на крыльцо, заливая его кровью.
А я довольно потёр руки. «Телекинез» сработал штатно, швырнув в дворянина вилы. Прежде они торчали из копны сена, лежавшей под навесом. К его-то опоре и была привязана несчастная женщина, которую сейчас лихорадочно развязывал малец, воспользовавшийся ситуацией.
А дядька Перфилий куда-то исчез.
