Древний же безучастными рыбьими глазами уставился на городскую стену, словно ему было совершенно плевать, что происходит вокруг.
— Ну ладно, мы боги не гордые, — пробормотал я себе под нос, поплевал на мозолистые ладони и взялся за вёсла.
Лодка на божественной тяге сперва поплыла медленно, но потом разогналась. И уже спустя несколько минут ткнулась носом в деревянную пристань. Мы быстро покинули её и пошли к городским воротам, выходящим в порт. Несмотря на ночь, к ним уже вытянулась очередь. Причём каждого входящего проверяли стражники: заглядывали в лицо, спрашивали про оружие и требовали предъявить документы.
— Вашу мать, прям режимный объект какой-то, — раздражённо прошептал я, пристроившись в конец очереди. — Мало сойти с корабля, надо ещё в город попасть.
— А некоторые, видимо, не попадают, — расслышала мои слова Марена и указал рукой на двухэтажные деревянные домишки, прилепившиеся к городской стене с этой стороны. Из их распахнутых окон лился свет от керосиновых фонарей и вылетали задорные мужские вопли, стук кружек и жеманное женское хихиканье.
— Угу, — согласился я. — Кажется, для таких неудачников прямо в порту и построили бордели да торговые лавки.
— Эй вы! — внезапно рявкнул толстый стражник с объёмным брюхом, ткнув волосатым пальцем в мою сторону. — Живо подошли сюда! Не задерживайте людей!
Оказывается, пока мы с Мареной наслаждались видом борделей, подошла наша очередь.
Я сразу же решил мудро проигнорировать грубое обращение стражника.
Если уж и за такое мстить, то я точно никогда не приступлю к поиску Сварога. Потому я спокойно подошёл к воняющему луком стражнику и поймал взгляд его красных от недосыпа глаз. Быстренько использовал «очарование», и нас сразу же без лишних вопросов пустили в город. А тот… тот впечатлил меня. Правда, в негативном ключе.
— Какая же помойка, — с отвращением протянула из-под капюшона Мия, глядя на привратную площадь, полукольцом окружённую ветхими двухэтажными хибарами, освещёнными уличными факелами.
"
"В свете их танцующего пламени по утрамбованной до состояния камня земле шныряли здоровенные крысы от одной гниющей кучи мусора до другой и бродили худые загорелые горожане с тусклыми взглядами.
— В самый раз для тебя, — холодно бросила Марена, покосившись на смуглянку.
Та явно хотела что-то дерзко ответить, но я не дал ей раскрыть рта, сурово проронив:
— Хватит плакать, Мия. Ты сама во всём виновата.
