Уже сообразила, что ни Апофиса, ни Локки в городе нет, раз к ней идут смертные. Да и чувствовала, что они так и не вернулись в этот мир.
— Сразу переходим к плану «Б»! Переговорами ничего не добьёмся! — лихорадочно отбарабанил Мых и схватил баронессу за предплечье, останавливая её. — Пора подать условный сигнал, пока эта тварь не сожгла тут всё!
Взгляд девушки метнулся к разъярённой драконице, потом лихорадочно пробежался по домам и снова вернулся к крылатой рептилии. Та расправила крылья и выгнула шею так, что её голова оказалась ниже уровня крыши Башни.
Всё в её облике кричало о готовности выдохнуть жгучие потоки пламени.
Баронесса шумно сглотнула, у неё над верхней губой выступили бисеринки пота. Она прикидывала, чем всё это закончится, не решаясь подать сигнал, который ознаменует атаку на драконицу. Девица считала, что мать Апофиса все же блефует.
— Ну же, решайся! — дёрнул её за предплечье старик и через миг удивлённо округлил глаза. — Ох ты ж ё… Портал!
Мулатка резко повернулась и увидела, как над площадью расцвёл энергетический овал, потрескивающий, словно закоротившая гигантская розетка.
* * *Выбравшись из портала, я грохнулся на колени, но даже не почувствовал боли, продолжая сжимать Мию. Её лицо быстро приобретало землистый цвет, а дыхание слабело.
— Древний, твою мать! Быстрее! — рявкнул я на осьминогоголового, показавшегося из портала.
Тот сразу вытянул перепончатую руку, направив её в сторону смуглянки. С его пальцев сорвались зелёные искры и ударили прямо в её развороченный бок, где на солнце поблёскивали кости.
Под действием магии Древнего они начали с тихим треском восстанавливаться, плоть нарастала на них и все покрывала молодая розовая кожа.
Апофис, последним вырвавшийся из портала, восторженно проревел:
— Получается! Получается!
— Твоя матушка тут, и кажется, она весьма зла, — заметила Марена, глядя на гигантскую рептилию, обосновавшуюся на Башне.
Та тоже увидела нас и подавилась уже готовым вырваться потоком пламени.
— Похоже, мы вернулись весьма вовремя, — произнёс Сварог, сжимая в кулаке камень-артефакт, в который перед переходом втянулась Тахрир.
Здесь бы её испепелили солнечные лучи, и признаться, я даже не подумал об этом. А вот бог проявил себя с лучшей стороны.
— Сын! — взревела мать Апофиса, взмахнула гигантскими крыльями и взлетела.
— Матушка! — радостно выдохнул дракончик то ли на эмоциях, то ли уже позабыв обо всех размолвках с родительницей.
Видимо, путешествие в другой мир изрядно подействовало на него.
