Вас проводить? — бойко ответил тот, глядя на меня восхищёнными глазами.
— Хм, а откуда ты знаешь, где они? — подозрительно сощурился я. — Лагерь ведь огромен. И тут полно таких графинь и баронесс.
— Главнокомандующий предвосхитил ваше желание поговорить с этими дамами, так что ещё полчаса назад дал мне приказ разыскать их.
— А он молодец, соображает, — пробормотал я. — Ладно, веди.
Адъютант в новенькой форме энергичной походкой двинулся между палатками с развевающимися на лёгком ветру стягами империи.
Я пошёл за ним, ловя на себя взгляды усталых солдат, измученных ночными налётами. Но все они бодро приветствовали меня, вскидывая руки, сжатые в кулак. Тут и там звучало моё имя. А во взглядах людей сквозила надежда, что я каким-то чудесным образом помогу им одолеть Хаос с минимальными потерями. Ведь о Руке императора уже ходили легенды, что он поразительно хитёр и может объегорить даже самого Чернобога. Мол, брось Громова связанным цепями в глубокий омут с кровожадными русалками, так он выплывет из него с сундуком золота подмышкой и гроздью грудастых красоток-принцесс на шее.
— Вот их палатка, — указал адъютант. — Вас подождать?
— Нет, можешь быть свободен.
Тот козырнул и отправился прочь, держа спину идеально прямой.
— Тук-тук, можно войти? — спросил я, стоя у опущенного полога.
— Проходите, Рука императора, — раздался чуть взволнованный, но совсем не удивлённый голос Беловой.
Я проскользнул в палатку, окунувшись в царство идеальной чистоты, порядка и приятного цветочного запаха.
Девицы восседали на складных стульях около небольшого походного столика. И обе уже успели прихорошиться: безукоризненные причёски, отглаженная форма, чистые, без следов сна лица.
— А вы что не спите? Ждёте кого-то? Хотя чего это я? Зло же никогда не дремлет, — пошутил я, пытаясь растопить некую холодность, повисшую между нами.
Подобное бывает, когда люди давно не видели друг друга и за это время случилась уйма важных событий, таких, к примеру, как получение мной статуса Руки императора.
— Вот меньше всего, Громов, я скучала по твоим шуточкам, — усмехнулась Белова, тепло улыбнувшись мне глазами.
Кажись, моя не самая остроумная шутка всё-таки вернула нас в те времена, когда всё было проще и дружелюбнее.
— А я, признаться, порой вспоминала твои самые удачные шутки, но не могла выудить из памяти ни одной, — иронично вставила красавица-мулатка Огнева, откинув со лба прядь жгучих чёрных волос.
