Скорее это просто обезьянничанье. Но они не дураки.
– Ч-что они с вами делали? Там, куда вас уносили.
– Кололи шприцем какую-то дрянь, – Малютин решил не скрывать страшной правды, даже если это отразится на отношении других к нему. – Я бы предпочел попасть к животным, которые снаружи. Они бы нас просто растерзали. А тут… не знаешь, чего ждать. Но на меня, похоже, не подействовало.
– Тебе повезло. А вот на них, видать, подействовало… – Воробьев кивнул в сторону соседних клеток.
«Ужас, конечно. Бедолаги, – подумал Малютин.
– Но сейчас надо думать, как отсюда ноги сделать. Эх… говорил я им, надо валить. Чувствовал одним местом, что это все не к добру. И надо же, угадал».
– Да что это за фигня вообще? Откуда эти «серые» взялись? – услышал он шепот Воробьева.
– Никто не знает. Думаю, даже Малдер и Скалли тут не помогли бы.
Своей безобидной шуткой он попытался подбодрить товарища по несчастью, но, похоже, сделал только хуже.
Оба замолчали. В разговоре образовалась пауза, и Малютин воспользовался ей, чтобы лучше осмотреть помещение.
Как он и думал, выбраться из него было нельзя. Внешняя стена за его спиной была железобетонной, впереди от сквозного коридора его отделяла настоящая тюремная решетка с дверцей в ней, а от соседних клеток его камеру отгораживала туго натянутая сетка-рабица. Решетка была довольно ржавой, но прочной, а сетка и вовсе оказалась из нержавеющей стали. Нечего было и думать о том, чтобы проделать в ней дыру без инструментов. Да и что это дало бы, кроме попадания в соседнюю камеру?
Если бы у них было в запасе несколько дней, можно было бы выломать какую-нибудь деталь из кровати и попытаться открыть дверцу в решетке.
Но ученый чувствовал, что им остались считаные часы. К тому же любой шум мог привлечь тварей.
Пол был цементный, низкий потолок – похоже, раньше покрашенный зеленой краской – впитал в себя столько грязи, что стал бурым.
Внезапно в глаза Малютину бросились черные линии на стене на уровне человеческих глаз. Приглядевшись, он заметил тонкие, выцарапанные чем-то вроде гвоздя, буквы.
Они складывались в слова.
«ПОД КРОВАТЬЮ».
Заинтригованный, Николай наклонился и заглянул под свою койку, светя фонариком. И почти сразу увидел, что один кусок цемента рядом с ржавой железной ножкой легко вынимается.
Малютин вытащил его, не сумев сдержать кривой усмешки: это был уже второй найденный им за неделю тайник. В выемке пола обнаружился потертый дешевый блокнот размером с ладонь, завернутый в какой-то пакетик.
