Просто ужасно захотелось, чтоб она перестала наконец отрицать очевидное.
— Не смей меня трогать! — девушка взбрыкнула, почувствовав, что Яр накрывает ее трясущиеся руки своими, зарывается лицом в волосы.
— Прости.
Так просто… Неужели он считает, что все так просто? «Прости», и все проблемы решены. «Прости», и отец забыл, что она спит с человеком, которого должна ненавидеть больше жизни. «Прости», и она должна проглотить ком обиды и слез, царапающий горло, развернуться, обвить шею, с благодарность принимая очередную подачку его ласк.
Девушка стряхнула руки мужчины, сделала шаг в сторону, отвернулась. У Саши совершенно не было желания при нем разрыдаться, а плакать хотелось очень.
— Как ты себе это представляла, Саша? Что никто никогда не узнает? — Яр опустился на кровать, следя за тем, как девушка подходит к стеллажу, берет какую-то книгу, начинает судорожно, бесцельно листать.
— Да!!! Да, Самарский! Мне хватило реакции твоего любимого Димы! Ясно? Думаешь это так приятно, когда на тебя смотрят, как на шлюху?
— Ты шлюха потому, что спишь со мной? — подобная логика поразила его, такие логические цепочки строились лишь в одной голове.
— Точно подмечено! — не в состоянии сдержать злость и обиду, Саша швырнула томик в виновника всех своих бед, не попала. — Ты меня выкрал, сделал своей любовницей, пытаешься постоянно вытянуть информацию о моих близких, мало? Еще и орешь на каждом углу, что я должна радоваться до потери сознания, когда тебе придет в голову меня позажимать? Не считай себя непревзойденным во всем, Самарский! Это бесит!
— Тебе не с чем сравнивать, — ему и правда не передалось ее раздражение, он лишь с удивлением следил за тем, как в девичьем взгляде с каждой минутой разгорается все большее пламя.
— Пока. Самарский, только пока. Может в бизнесе ты и не плох, но что-то мне подсказывает, что вряд ли я буду вспоминать эти твои… даже не знаю как назвать, с тоской уже через пару дней, после того, как весь этот кошмар закончится! — ей хотелось надавить сильней, сделать больно, так же, как ей самой.
Хотя вряд ли этому человеку можно сделать больно. Хотя бы досадить, задеть самолюбие. Что угодно, но хоть как-то отомстить.
Бросив слова через плечо, Саша направилась к двери, хотелось оставить его наедине со своими сомненьями, пусть один единственный раз, но ей хотелось выйти победительницей из их схватки.
— Не спеши, малышка, — он поймал ее за руку, дернул на себя. — Не будешь вспоминать уже через пару дней? — Яр хищно улыбнулся.
