Я устал видеть кошмары во сне и… Детский плач. Девичий плач. И чистое лицо Дианы, глаза цвета неба. Устал. Лучше за решетку сяду. И, возможно, не будет меня в таком случае совесть так сильно мучить, — хрипло выговаривает отец. — Найди ее и сделай так, как я велю, Теоман. Девчонка она хорошая, тебе понравится.
Да е-мое. Понравится, конечно. Еще как понравится, ага. Только вопрос в том, понравлюсь ли я ей после всего. Отец ничего не знает. И пока знать ему не надо.
Мысленно усмехаюсь. Да уж, секреты, одни секреты. Оба хороши.
Что он, что я.
— Мне нужно уходить. Вернусь к тебе обязательно. Надо обсудить детали, отец.
Не дождавшись ответа, выхожу из дома. Некоторое время стою во дворе неподвижно, прокручиваю в голове дальнейшие действия. Вроде бы сделал все, как и хотел, но все равно какая-то тяжесть была внутри. Чувствовал ведь, что что-то не так. Но все равно не притормозил.
Стрелки часов показывают половину девятого. Диана в университет должна поехать. Если нет ее в квартире, то точно там."
"Застреваю в пробке.
Матерюсь сквозь зубы, не понимая, почему так больно внутри. Ну наговорил гадостей. Поговорю, скажу, что не так все понял. Может, и поймет меня Диана. А может, вообще не ушла? Девчонка умная, да и есть изюминка в ней — упрямый характер. Пусть со мной она редко показывала ту самую черту, но тот спор в маркете с кассиром, из-за которого она не хотела возвращаться и купить сестре торт — явный показатель. Возможно, ждет меня, чтобы обсудить гребаную ситуацию?
Да только дома я никого не нахожу.
И забрала Диана из своих вещей лишь самое важное и нужное — фотографии своей семьи и документы.
— Черт! — прорычав, хватаюсь за голову. — Ааааа!!! — врезаю кулаком в зеркало.
Внутри бушует ураган. Сука! Не припомню, когда бы еще так облажался. В школе или в университете. Но явно давно такого со мной не происходило и, главное, никогда не ломал вот так человека, как сделал это сегодня.
Не знаю, почему во мне столько эмоций. Я давно научился их контролировать, действовать с холодным расчетом.
Но сейчас… Надо вернуть себе здравый рассудок и подумать, как всё исправить.
Я умею признавать свои ошибки. И да, я ошибся. А ведь все, что я принимал за игру, было искренним. И эти взгляды, и смущение, и… любовь.
Ну разве можно быть такой наивной в наше время? Я поэтому и не поверил. Думал, игра в благородную девицу.
— Твою же… — говорю самому себе и иду в комнату.
Бросаю скомканное одеяло на пол и выдаю выражение покрепче. Она ещё и девственницей была.
