– Или в камере тебе лучше будет, чем у Маруси?
– А как мне быть дальше? – нерешительно потянулся за разрешением Михаил.
– А дальше такая история… Каждый вечер будешь приходить в следственный изолятор и отмечаться. Все очень строго, забывать отмечаться не следует, – предупредил майор. – В день сеанса связи будешь приходить в Управление пораньше. Могут возникнуть какие-то вопросы, их следует решать.
– Лев Федорович, можете на меня положиться, я не подведу! – расчувствовался Аверьянов.
– Я знаю, поэтому и даю разрешение, – спокойно проговорил Волостнов.
– Если бы засомневался хотя бы на секунду, то не взял бы на себя такую ответственность. Чего стоишь? – вдруг добродушно улыбнулся он. – Топай к своей Марусе! Заждалась уже, да и сын будет рад! Считай, что это тебе награда от Хозяина.
– Спасибо, – только и смог сказать Михаил и быстрым шагом вышел из кабинета.
С этого дня для Михаила Аверьянова началась обыкновенная жизнь, к которой он так стремился и в которой был по-настоящему счастлив.
Какое это блаженство ежедневно видеть любимую женщину, по ночам слышать рядом ее дыхание, чувствовать на своих плечах теплое прикосновение! Какое несказанное счастье держать в руках сына и осознавать, что он отвечает на твою любовь! Все по-простому, все обыкновенно. Но именно в этой обыденности и заключалось настоящее счастье.
Формально Аверьянов по-прежнему числился арестантом специального корпуса, в котором были заключены осужденные по пятьдесят восьмой статье и особо опасные преступники, но в действительности проживал в обыкновенной городской квартире с крошечным окошком, выходящим во двор, что нисколько не омрачало его семейного счастья.
Вскоре майору Волостнову пришло сообщение, что Особое совещание осудило Михаила Аверьянова на восемь лет. Решение суда было отсрочено до тех пор, пока не будет закончена операция. А немногим позже, чего никогда не случалось раньше, позвонил Меркулов и коротко изложил суть дела.
– Сделал все, что мог, Лев Федорович. Хочу сказать откровенно, решение могло быть еще хуже… Два человека из нашего совещания настаивали на высшей мере… Так что мне буквально пришлось переламывать ситуацию.
Ладно, горевать не стоит, время еще есть, в Аверьянове необходимость не отпала, а там что-нибудь придумаем.
Операция «Барин» вышла за пределы Вологодской области, распространившись на Кировскую, Архангельскую и Московскую. Теперь в ней участвовали еще восемь радиостанций, захваченных контрразведкой.
