Мужчина оглядел Никиту."
"– Похож, – сказал он. – Лицом, фактурой. Думаю, талантами тоже. Скажу прямо: ими-то я и рассчитываю воспользоваться.
Никита молча ждал.
– Я покажу вам одну вещицу. – Мужчина похлопал по круглой сфере рюкзака. – Не думайте, на дармовщинку не рассчитываю. Консультация стоит денег, скажите сколько. Я готов заплатить.
– Вы приехали сюда, – Никита указательным пальцем потыкал вниз, – ко мне? Не за зонтами?
До него наконец дошло, что этот человек хочет иного. Но он так привык, что он здесь не более чем функция, благодаря которой оптовики получали зонты для продажи.
Иногда появлялись те, кто хотел купить в розницу, он продавал им тоже. Но все они приезжали не к нему лично, а в фирму «Милый дождик». Они понятия не имели, как его зовут, а уж как звали и кем был его отец – тем более.
– А к кому же? – изумился мужчина.
– Но... почему? – невольно вырвалось у Никиты.
– Я узнал, что вы больше не работаете в Музее народов Востока. Все знаю, – тараторил мужчина, – и даже не работаете и на него, – подчеркнул он последнее слово.
– Но мне в данный момент нужна не бумажка с печатью, которая называется «экспертное заключение», а другое.
– Что же это? – Никита весь подобрался, словно ожидал услышать нечто, давно отправленное в дальний угол памяти. И это нечто он боялся растревожить. Вырвется – и куда его? Что с ним делать, как справиться? Больно...
– Я хочу знать точно, что за вещь, которая у меня вот тут, – похлопал мужчина по рюкзаку – красные хвостики молний заплясали, словно язычки пламени.
– Но я не эксперт... официальный, вы совершенно правы, – предупредил Никита.
– Мне не нужен официальный. Мне нужен знающий.
– Кто вам дал?.. – спросил Никита.
– Сам нашел. – Мужчина угадал вопрос.
– Но все это было так давно... Да, я работал в музее, потом сотрудничал с ним... – говорил Никита, испытывая странное чувство: этот рыжеватый толстячок явился к нему как знак. Чего-то... чего-то такого, что перевернет его жизнь. Но как? Развернет в обратную сторону?
– Все знаю, все понимаю, – говорил мужчина, ухватив пальцами собачку главной, самой длинной молнии.
Нутро рюкзака распахнулось. – Вот. Объясните мне...
Никита молча смотрел на то, что лежало в рюкзаке. Мужчина смотрел на него. Лицо Никиты становилось мягче, щеки порозовели. Он потянулся к рюкзаку. Купоросно-синий цвет и синтетическая ткань никак не сочетались с тем, на что он смотрел.
– Вынимайте, Никита Тимофеевич, вынимайте, – подгонял хозяин вещи.
