– Стив, – заговорил Александр, – ты привез оконные стекла, как я просил?
После обеда Стив пришел со стеклом для окна. Дадли с ним не было.
– Так ты придешь к нам на Четвертое июля?
– Не знаю. Таня работает. – Александр жевал сэндвич и пытался разобраться в документах.
– Что не так, приятель?
Но Александр знал то, что знал: сказанного не воротишь.
– Ничего.
Стив не отставал:
– В чем дело? Ты в последние недели очень странно себя ведешь. Что я такого сделал?
– Ты знаешь что, а я обедаю. И не хочу говорить об этом сейчас.
– А есть о чем говорить?
– Да.
– Ладно, тогда давай выясним.
Александр выбросил остатки сэндвича.
– Стив, ты говорил Аманде, что я уходил в спальни с одной из тех шлюх, которых ты пригласил на мальчишник?
Стив засмеялся:
– Нет-нет, она просто не поняла! И все дело в этом?
– Она не поняла?
– Ну да, это была просто шутка. У Аманды нет чувства юмора.
– Аманда думала, что все это было очень серьезно, и очень серьезно рассказала об этом Татьяне.
– Ну, извини за это. Это была шутка.
Я не хотел расстраивать Татьяну. – Он пожал плечами. – Но я знаю, что она все поймет, не станет долго переживать.
– Что же это за чертова шутка?
– Помнишь ту деваху? Она тебе сказала, что пойдет с тобой за двадцать баксов. А ты ответил, что еще за двадцать она может катиться…
– Стив, мы были пьяны, но непонимание тут ни при чем. Аманда сказала Татьяне, что мы ушли в спальни.
– Должно быть, я как-то неточно выразился.
– Думаешь?
Стив опять засмеялся:
– Чего ты от меня хочешь, чтобы я переиграл? Чтобы поговорил с Таней? Приведи ее.
Я ей объясню, что это была просто пьяная шутка.
– Нет. – Александр бросил газету в мусор и встал с доски, на которой сидел. – И знаешь, что еще, Стиви? Мне плевать, что ты заводишь приятелей среди уголовников, но лучше будет, если я никогда больше не узнаю, что ты говоришь с одним из них о моей жене. Если желаешь поболтать с ними о доступных женщинах, болтай о своей подруге.
– Что это ты сказал? – прищурился Стив. – Похоже, я ослышался?
Александр шагнул к нему:
– Даже не думай когда-нибудь говорить с ним – или с кем-то еще – о моей жене.
Тебе понятно, что я говорю? Я понятно выразился?
– Ох, да ладно, Дадли хороший парень!"
"Видимо, недостаточно понятно.
– Он солдат вроде нас. Он сражался на войне, как ты, у него было много женщин – как и у тебя. Он Татьяну не знает, ему все равно. Пойдем выпьем с нами, познакомься с ним. Он смешной.
Александр уже уходил, на ходу он лишь бросил:
– Нет.
