Чуть повернувшись, дед сказал:
– Даша, не выдыхай ты свой дым прямо мне в лицо!
– А что ты скажешь, если твоя Таня начнет курить? – спросила Даша, отодвигаясь.
– Я ей скажу, чтобы не дымила мне в лицо.
Даша вздохнула. Ну почему она вечно подозревает, что дед, хотя и любит ее, все же слегка не одобряет ее образ жизни, ну, вообще она ему нравится, скажем, меньше, чем Таня. Паша, единственный мальчик, был вне упреков. Почему и не Даша тоже? Не все ли равно, что она делает или чего не делает? Разве она не готовит и не убирает, разве не заботится о младших так, как будто она их мать?
Дед обнял Дашу, и она выбросила сигарету.
– Я стараюсь, дедушка, – тихо сказала она. – Я постоянно борюсь.
– Даша, милая, это полезно – иметь внутренний конфликт. Сражаться."
"Даше хотелось понять, что конкретно подразумевал дед. Стефана и Марка? Даша не была замужем, она была молода. Ей хотелось немножко веселья. Что тут плохого?
– А Таня борется?
– Она просто не думает о том, чего не может понять.
– Как удобно. Могу ли я быть настолько слепой? Но она читает больше других, как же она может читать «Красное и черное» Стендаля и не видеть разложения, аморальности, похоти под всеми этими нарядными юбками и брюками, которые носят французские леди и джентльмены? Как она может читать так много и ничего не видеть?
– Таня ничего не видит? – Дед удивленно посмотрел на Дашу.
– В том-то и проблема, разве не так? Если бы она видела, как ты думаешь, полезла бы она на то дерево в таком платьице?
Дед покачал головой.
– Что за чудо, – прошептал он, целуя Дашу. – Внучка, я и тебя не понимаю иногда. При всех твоих проблемах ты милая и веселая молодая женщина. Но намеренно или нет, ты не понимаешь свою сестру.
– Не понимаю?
– Конечно. Разве ты до сих пор не разобралась, что Таня видит все насквозь, с самого начала?
– Она не видит насквозь Кирилла и Володю.
– Видит. Но знает, что они безопасны. Так что не тревожься за нее. Тревожься только о собственной жизни.
– Да о чем тревожиться? – упавшим тоном произнесла Даша.
– Мы все просто рыбки, плаваем в одной и той же воде. Мы не знаем, что не можем дышать воздухом.
– Ты права, наш выбор слегка ограничен. Но у нас все же не одинаковая жизнь. Ты же видишь Канторовых? Ты думаешь, они плавают в одной воде с нами?
– Да.
Дед молчал.
– Ладно, но они и тебе тоже не нравятся? Таня твердит, что Сайка – плохая девочка.
Не отвечая ей, дед сказал:
– Знаешь, кто нравится мне?
– Таня?
– Нет. Твоя бабушка. Вот она мне нравится.
