Ой!
Мамай куда-то резко повернул, с грохотом затормозил о мусорный бак, что-то выкрикнул и, даже не пытаясь открыть водительскую дверь, исчез."
"БДЗЫНГ! Дафна выпустила из рук Депресняка, который с мяуканьем врезался в лобовое стекло. Из багажника донесся восторженный вопль Антигона, любившего не столько экстремальную езду, сколько ее последствия.
– Злится! Не надо было, наверное, пытаться его полюбить. Для комиссионера это хуже, чем кислотой плеснуть, – сказала Дафна, с некоторым сомнением убеждаясь, что, если не считать царапины от пытавшегося вцепиться в нее кота, она не пострадала.
Меф перевесился через спинку переднего сиденья и, повернув ключ, заглушил машину.
– Мы, похоже, приехали, – сказал он, вылезая, чтобы выудить из багажника Антигона.
Тот лежал головой на запасном колесе и с похмелья пил обнаруженную тут же тормозную жидкость.
– Ты что, оглох? Сколько раз приказывать? Доставай меня, Мерзяндий Слюняев! – велел он, икая.
Вместо ответа Меф демонстративно захлопнул багажник. Он был уверен, что кикимор, если потребуется, отлично выберется и сам. Так и произошло. Некоторое время Антигон с воплями пинал крышку, попутно разнообразно видоизменяя фамилию Мефа, а затем пинки вдруг прекратились. Не прошло и минуты, как он, покачиваясь, стоял между Буслаевым и Дафной и, обращаясь к Депресняку, толкал мысль, что слово «кот» происходит от слова «скот».
– Кот – скот, котина – скотина! – повторял он в абсолютном восторге.
Дафна огляделась, высматривая нечто особое, сокрытое от других, и уверенно свернула к площадке.
– Здесь! – сказала она.
Меф заметил турник, и мышцы у него в ужасе заныли.
– Только не это! Лучше сразу пристрели меня из дудочки! – простонал он.
По дорожке прогуливался молодой мужчина атлетического сложения и задумчиво чесал левой рукой правое ухо. Увидев Мефа и Дафну, он вдруг куда-то помчался, часто оглядываясь.
Не обращая на него ни малейшего внимания, Дафна опустилась на колени и трепетно поцеловала землю в нескольких шагах от горки. Меф с недоумением наблюдал за ее действиями.
– Ты хочешь сказать, что что-то видишь? – недоверчиво спросил он, когда Дафна вновь поднялась на ноги.
Дафна ничего не хотела сказать. Она просто видела.
Меф стал старательно всматриваться. Признавать поражение было не в его правилах.
