Ты доказал свою силу и удачу, и мы готовы признать тебя нашим конунгом, если ты готов помириться с нами."
"– Я знал, что вы не так глупы, как можно было подумать, – ответил Хродгар. – Я готов пообещать мир и мою дружбу всем ётам, кто здесь или кто остался дома, если вы признаете меня конунгом.
– Дай нам время подобрать убитых и оказать помощь раненым, и сегодня к вечеру мы соберем тинг войска.
– Хорошо. Можете забрать тело, – разрешил Хродгар.
– Зачем? – Торстейн пожал плечами. – Все-таки он был твоим братом. Ты его ближайший родич, кому же позаботиться о достойном погребении, как не тебе? Он не был великим воином, хотя некоторые другие достоинства у него имелись, но он погиб смертью благородного мужа.
– И я еще его хорони! – насмешливо вздохнул Хродгар, проводив глазами уходящего Торстейна и бросив взгляд на тело.
– Это гораздо приятнее, чем если бы он хоронил тебя, не так ли? – Хедин усмехнулся. – Не надо жалеть дров для погребального костра, леса в этой стране хватает.
Избрана оглянулась на Хедина – ей не верилось, что ёты так легко согласятся признать своим конунгом того, против кого еще сегодня утром сражались, и сомневалась, нет ли здесь какого подвоха.
– Нет, я не думаю, что они собираются его предать. – Хедин понял ее сомнения. – Им больше некуда деваться, остается только признать его. Стране без конунга нельзя, а Хродгар остался единственным представителем своего рода. Им больше некого выбрать, даже если бы он им и не нравился.
– А ты думаешь, он им нравится? – с сомнением спросила Избрана.
– Он – законный сын прежнего конунга, этого достаточно. Просто они совсем его не знают, потому что он гораздо больше скитался по морям, чем сидел дома. Но он им понравится. Он не злой, справедливый и щедрый, а чего еще нужно конунгу? Он победил. А значит, удача на его стороне. А удача – это самое главное. Кто с удачей, тот и конунг. И наоборот – кто конунг, тот и с удачей. У нас это хорошо знают, и зачем долго разговаривать? Особенно если у него будет разумная и благородная жена, способная смягчить его нрав и привлечь к нему людей, – конунга лучше не найдешь во всех Северных Странах!
При этом Хедин бросил на нее такой значительный взгляд, что Избрана смутилась.
Неужели он слышал их ночной разговор на стене? Или сам догадался, к чему дело идет?
Это был странный день, и Избрана порой не была уверена, что все это ей не снится. Сон, в таком случае, был путаный и бестолковый. Сама битва была совсем не похожа на то, чего она ожидала.
