– Это неправда, – сказала она. – Ты храбрец. Я знаю.
– Ты слишком красивая. И слишком умная.
Саша посмотрела на него.
– Зато я ничего не смыслю в антропологии. И ты можешь начать мне объяснять.
– Ты уверена, что станешь меня слушать?
Она кивнула.
Они еще постояли, не в силах оторваться друг от друга, а потом он сказал:
– Я загоню машину.
– Я с тобой, – тут же откликнулась она.
Непрерывно целуясь и путаясь руками, они кое-как открыли ворота, и Федор Петрович сел за руль, а Саша забралась на пассажирское кресло.
Нужно было проехать метров пять, и они их проехали – вместе.
Слева лежало лесное озерцо, дорога уходила вправо, солнце валилось за лес, огромное, рыжее, весеннее.
У сторожки появилось крылечко с перилами.
– Ты сам сделал? – спросила Саша про крылечко.
Он кивнул.
– Зачем ты здесь живешь?
– Чтобы не жить в Москве, – сказал он серьезно. – Здесь дел хоть отбавляй, а там бы я сошел с ума от скуки. Все работы свернули до конца карантина, и меня… свернули тоже. А здесь я могу думать, писать статьи и вот ставить крыльцо.
– Это твоя земля?
Он кивнул.
– Что, правда?!
Он опять кивнул.
– Ничего особенного. Один мой приятель спешно уезжал в Америку. Навсегда. Продавать этот участок – дело долгое, он покупал его под застройку. Тут должен был быть коттеджный поселок, лодочная станция, рестораны и прочие радости жизни. Ждать он не мог, поручить адвокатам тоже. Он не просто так уезжал, ему сбежать нужно было. Счета тут все равно арестовали бы. И он продал его мне за сто рублей.
– И тут никто не живет?
– Когда я уезжаю, остается сторож, мужик из соседней деревни. Да и сторожить особенно нечего. Вот этот домик и еще пристань в той стороне, – и он махнул рукой куда-то за лес.
– Все так странно, – задумчиво сказала Саша в конце концов. – Ты живешь в собственном лесу на берегу собственной реки. А работаешь на раскопках древних городов, чтобы узнать, как жили древние люди.
– Так оно и есть.
– Ну, поздравляю тебя. Они жили точно так же, как ты, – заключила Саша.
– У них были свой лес и своя речка. Ну, или свои пески и оазисы. Они ходили на охоту или на рыбалку. И молились своим богам.
– Я не хожу на охоту.
– А своим богам молишься?
Он подумал немного и признался:
– Пожалуй, молюсь. Ты же вот взяла и приехала."
"Саша щекой прилегла ему на плечо и сказала со вздохом:
– Приехала.
Они поцеловались раз и еще раз.
– Слушай, – жалобно проговорил Федор ей в волосы, – давай попробуем выйти из этой проклятой машины. А?..
