– Что именно, Настя?
– Про Даню! Никого он не убивал, мы с ним все время вместе были! Учится он в этой Африке вашей, а не в Лондоне и не в Монако. На футболке пятно, и кеды грязные!..
Бабушка убрала со стола тарелку и чашку соседа.
– Во-первых, мы даже не знаем, о ком идет речь. Ведь это все нам Дима рассказал, а он может… напутать!
– Ничего он не напутал! – перебила Настя. – Там все заметались, когда приехал «сам Липницкий»!
– Во-вторых, – тут бабушка пристально взглянула на внучку, – ты на самом деле веришь тому, что пишут в этом вашем интернете?
– А что такое?! – моментально завелась Настя.
– Можно верить только тому, что говорят из этого вашего зомбоящика? Из телевизора?..
– Боже сохрани, – пробормотала бабушка, и мать засмеялась.
Оказывается, она не амурничала с соседом на темном крылечке под шум дождя, а вернулась в дом и теперь качалась в старинном кресле. Кресло поскрипывало.
– Для того чтобы разбираться хоть в чем-то, – начала Марина Тимофеевна, и Настя закатила глаза, – ну, например, в людях, не нужен ни телевизор, ни интернет.
Нужно…
– Книжки читать, – перебила Настя, – знаю, знаю, давно в зубах навязло!.. А информация? Откуда мне брать информацию, если не из интернета? Нет, ты ответь!..
– Дима, – и бабушка кивком указала на дверь, – черпал информацию о Липницких исключительно из интернета. И начерпал!.. И ты сама возмущаешься, что все это ложь.
– Так случайно получилось!
– Ты уверена?..
– Я пойду работать, – сказала мать со вздохом. – Мне еще написать надо… много, в общем.
– Зачем ты работу домой прешь? – не удержалась Настя. – Вам небось в офисе заняться нечем ва-а-а-абще!.. На прошлой неделе ты воспоминания Геринга с собой таскала, а до этого еще биографию… как его…
– Ты выражаешься как наш сосед Дмитрий, – заметила бабушка.
Настя топнула ногой.
– Борода лопатой еще!.. И я не сосед Дмитрий!
– Биографию Курчатова я читала, – мать опять вздохнула. – Ужасно, что я вырастила тебя таким темным человеком, Настюха. Просто ужасно.
– На работе биографии читаешь, а свои отчеты таскаешь домой! Покасики, у меня послезавтра следующее прослушивание!.
.
Настя понеслась по лестнице, споткнулась впотьмах, сильно ушибла ногу, хотела завыть, чтоб мать прибежала ее жалеть, и не стала. Все-таки они с бабушкой ничего не понимают.
Старые.
Матери сорок лет – ужасно! Она помнит какие-то дикости, вроде пионерской организации, и что в школу обязательно нужно было таскать учебники и еще бумажный дневник!.. Сейчас, слава богу, дневник электронный.
