Герман переложил на диване свою дубленку и пошарил в карманах.
– Попасть в дом хорошо бы, – пробормотал он и выложил на стол связку ключей на автомобильном брелоке. – Попробуем? Может, и попадем!..
Тонечка уставилась на связку.
– Я забрал из красной машины, – пояснил ее муж. – Когда двигатель глушил, а потом сунул в карман и забыл. Тут только один ключ автомобильный, остальные, скорее всего, от дома.
Тонечка перебирала ключи с таким восторгом, словно муж преподнес ей букет орхидей.
– Вот этот точно от наружного замка, а этот, скорее всего, от внутреннего… Саша! Ты гений! – И она бросилась ему на шею.
– А что ты там собираешься высмотреть? Есть идеи?
– Конкретных пока нет, но мне, например, очень любопытно, почему на кухне полный порядок и райский рай, а гостиная вся разнесена по кирпичикам! А это, считай, одна комната!
Герман немного подумал:
– Может, потому, что они в гостиной подрались? А не на кухне?
– Или потому, – подхватила Тонечка, – что устроить образцово-показательный разгром в одном помещении проще, чем в двух.
Особенно ночью и чтоб без лишнего шума. Хорошо бы еще с соседями поговорить, может, ночью кто-то что-то видел или слышал?
– Как ты это себе представляешь? Поговорить с соседями?
Тонечка махнула рукой.
– Ну, это очень просто придумать. Придумывать вообще просто!
Герман усмехнулся:
– Кому как.
– Мне просто. Саша, я хочу такую собаку! Вот именно такую, ты посмотри только!..
Ему опять понадобилось несколько мгновений, чтоб сообразить, о чем речь.
Диковинное существо с не менее диковинным названием «пражский крысарик» устроилось на коленях у хозяйки столбиком и влажными оленьими глазами наблюдало за происходящим в лобби. Оно не тявкало и не тряслось, вид заинтересованный, но понятно, что настороже.
– Можно я подойду уже?!
– Они заняты, Тоня!..
К женщине с «прекрасной собакой» размашистым шагом подходила девица в красной куртке. Она уселась напротив и начала сразу очень громко, на весь лобби-бар:
– Здрасте, Галина Сергеевна, что за спешка? Я занята, у меня маленький, а вы звоните, житья никакого нет! Вам чего, денег жалко? Ну, так все равно придется отдавать!.
.
– Милана, – взволнованно отвечала женщина с «прекрасной собакой», – вы меня извините, конечно, но ведь собака не может у меня оставаться! Она уже большая, восемь месяцев скоро, ей дом нужен!..
– Выдумали тоже, – фыркнула девица и посмотрела на пражского крысарика, как показалось Тонечке, с отвращением.
