– Одна чернота! И какую ты покупную водку ни возьми, все равно черноты не оберешься! Мы всякую брали, пробовали. И настаиваем только после очистки. Вот эта – на калгановом корне. На смородиновых почках есть.
– Ну-ка принеси попробовать, – распорядился Валера. – Совсем другая!
– Да нам и эта нравится, – сказала Марина.
– Так все нужно попробовать! Эх, хорошая у вас собака!
Черри лежала на пороге беседки, и когда заговорили о ней, поставила уши и ухмыльнулась. Она вообще часто улыбалась, Марина заметила.
– Так вы это, адрес-то нам оставьте, – попросил Валера.
– Чтоб мы Женьку забрали!.. И сало чтоб передали…
– Джессика не хочет возвращаться, – сказала Марина с нажимом. – Вы ее вернете, она снова убежит, и все дела.
– Так чего ж нам делать?! Пусть у вас останется?! При живых родителях в людях?!
Вернулась Татьяна с другой бутылкой в руках. Бутылки были красивые, с притертыми пробками, и разные – на столе прозрачная, а эта зеленого стекла.
– Ты про нашу? – быстро спросила Таня мужа и посмотрела на гостей.
– Ничего плохого-то нету, точно?
– Ничего нет плохого, – сказал Липницкий. – Но Марина права. Возвращаться она не хочет.
– Мало ли чего она не хочет!.. Пропадет девка в Москве этой!
– Чтоб не пропала, и нужно решить, что делать, – Марина положила на хлеб кусок розового сала, подумала и добавила еще один. – Ну что? Наливайте смородиновую, а то принесли и не наливаете.
– Валер, чего ты не наливаешь-то, правда!"
"– И ни рюмки не выпьешь? – спросил Валера у Липницкого, разливая смородиновую.
– Я за рулем, Валер!
– Так хоть на чай налегай! Тань, подбавь ему горячего! И вон буженины! Буженина тоже самодельная, первый сорт. Мы когда сало брали, шейки тоже взяли. С огурчиком, с огурчиком!
Выпили по второй, и Марина снова пришла в восторг.
– Шедевр, – сказала она и откусила хлеба с салом. – Произведение искусства.
– Смотри-ка, разбирается твоя-то, – сказал Валера и толкнул Липницкого в бок. – Ты небось научил?
– Сама научилась, – сказала Марина. Ей стало весело.
Приключение, очень странная затея, оказалось самым настоящим. И люди, на которых Джессика наговорила невесть что, тоже оказались самыми настоящими. Марина готовилась к неприятному и болезненному разговору, и зря!.. Ее потихоньку отпускало напряжение последних дней, и было приятно сидеть в беседке, выпивать из крошечной рюмочки, заедать салом, смотреть по сторонам на зеленеющую траву и деревья в дымке, нюхать вкусный воздух на манер собаки Черри.
