Родичи сказали, что я просто бегу, потому что потерял разум от горя, но дело здесь не только в этом.
Повисло тягостное молчание.
– А ты бывал в Шотландии, парень? – спросил наконец Каллен.
Роб покачал головой:
– Дальше, чем северная Англия и горы Чевиот, не заезжал."
"– Ну, это не далеко от границы, – хмыкнул Каллен, – но еще очень далеко от настоящей Шотландии. Шотландия находится, видишь ли, выше, и скалы там куда круче. В горах полноводные реки – рыбой так и кишат, и для пастбищ остается вдоволь воды. Наше хозяйство находится среди крутых холмов, очень обширное хозяйство.
И стада многочисленные.
Каллен помолчал, словно старательно подбирая слова.
– Кто возьмет Мэри в жены, тот и получит все это хозяйство, но он должен быть человеком достойным, – сказал наконец шотландец и наклонился ближе к Робу. – Через четыре дня мы прибудем в город Бабаэски. Там мы с дочерью покинем караван. Отправимся дальше на юг, в город Малкара, там большой рынок скота, и я думаю, можно купить овец. А после – на Анатолийское плоскогорье, на него я возлагаю самые большие надежды.
Я бы не стал возражать, если бы ты захотел присоединиться к нам. – Каллен вздохнул и посмотрел Робу в глаза. – Ты силен и здоров. И смелости тебе не занимать, иначе не отважился бы забраться в такую даль ради прибыли и ради того, чтобы продвинуться в этом мире немного выше. Ты не тот, кого я сам бы для нее выбрал, но она хочет только тебя. Я же люблю ее и желаю ей только счастья. У меня, кроме нее, нет никого.
– Мастер Каллен… – начал Роб, но овцевод остановил его.
– Это дело такое, что его нельзя ни предложить, ни решить вот так сразу. Тебе, дружище, надо подумать хорошенько, как я думал.
Роб учтиво поблагодарил его, словно тот предложил ему яблоко или сласть, и с тем Каллен ушел восвояси.
Роб провел ночь без сна, глядя в звездное небо. Не такой уж он был дурак, чтобы не понять: девушка ему попалась редкостная. И, что совсем непостижимо, любит его. Другая такая ему в жизни не встретится.
А еще ведь и земля. Боже праведный, земля!
Ему сейчас предложили такую жизнь, о какой его отцу и мечтать не приходилось, да и дедам-прадедам тоже.
Будет постоянная работа и твердая прибыль, уважение и связанные с тем обязанности. Будет хозяйство, которое можно оставить в наследство сыновьям. Совсем другая жизнь, не похожая на все, что он знал доселе, была ему предложена – любящая женщина, от которой он и сам потерял голову, обеспеченное будущее, положение одного из немногих, кто владеет землей.
