И только однажды боевики забыли закрыть крышку зиндана. Выбравшись из ямы, морской пехотинец спрятался в траншее, где не было места ни разминуться, ни нагнуться. Но кто не рискует здесь, в этом логове, тот не живет.
Это была вторая база Закира Ахметова, на которой побывал морской пехотинец. Укрепления сооружены грамотно, по всем правилам военного искусства. Зигзагообразные блиндажи в три наката, отделанные деревом и завешанные коврами – при прямом попадании гранаты или мины осколки обязательно застрянут в этом многоколенном проходе; а взрывная волна просто катится по коридору, просачивается сквозь материал и уходит в землю, не доходя до бункера.
Все фортификационные сооружение построены руками пленных."
"За одним из таких ковров мартовским вечером и укрылся матрос…
Он тащил мертвое тело врага легко, чувствуя невероятную силу, проволок его метров триста, не меньше, и только после этого руки его задрожали, желудок отозвался пустотой, голова слегка закружилась. Но силы вновь вернулись к морпеху, когда он передернул затвор автомата, точнее, к нему пришла уверенность: больше ему пленником не быть, как не будет первого, кого он поймает на мушку.
В километре от базы он оставил множество следов, осыпал камни со склона и, сильно рискуя, осторожно пошел в обратном направлении. И только через полчаса до него донеслась автоматная трескотня. На его поиски вышла чеченская стая.
Тень продолжала сокращать дистанцию. До спящего морпеха оставалось всего два шага. Он распахнул глаза в тот момент, когда крепкие пальцы сжали его запястья.
Прямо перед собой он увидел испещренное полосами лицо. Даже не успев испугаться, услышал приглушенный голос:
– Тихо, тихо, парень. Выпусти пар в гудок: выдохни посильнее и успокойся.
И беглец успокоился, едва различил на губах спецназовца улыбку. «Наши», – пронеслось в голове.
– Ну и задал ты нам работу, – Монах отпустил руки парня. – Подумали, что ты на медведя охотишься: куда он, туда и ты. Ну, рассказывай, куда идешь, откуда.
– Я из плена сбежал.
– Игорь из-за плеча Монаха поглядел на других разведчиков, потом снова сосредоточил взгляд на нем, по его возрасту пытаясь определить звание. Однако… Впервые он видел скорее всего майора, лицо которого было исполосовано маскировочными полосами, а лоб стянут лихой банданой. Обычно так выглядят сержанты из спецподразделений. Вот рядом со стендом в войсковой части Игоря Стеблина его еще можно себе представить в качестве живого пособия противника из блока НАТО.
