И быстро задремал. Он не слышал, как со стороны заминированного подхода к его лежке приближались двое. Они без труда определили растяжку, потому что знали, как устраиваются на ночь дозорные. Один из них покачал головой и еле заметно улыбнулся товарищу.
* * *Группа в десять человек обнаружила свежие следы в четыре часа пополудни. Определив направление движения беглеца, сократила путь, идя ему наперерез. Однако на месте предполагаемого выхода он не появился.
– Повернул, что ли? – прошептал командир отряда Руслан Монгулов, среднего роста крепыш, одетый в камуфляж.
– Медвежьи следы топчет, – угадал его товарищ, лет тридцати с небольшим, с короткой бородкой и седыми висками, прозванный в отряде Монахом. Лоб и щеки Монаха пересекали маскировочные полосы темно-зеленого цвета, косынка, завязанная на затылке, такого же зеленоватого цвета, как и повязки на головах многих чеченских боевиков.
– Нас он заметить не мог? – спросил Монгулов.
– Я сам себя с трудом замечаю, – так же тихо ответил Монах.
– Салага. Был бы опытным бойцом, давно попал бы в наши объятия. С профи всегда легче иметь дело. Смотри, след на березке: сок пил. А с горы к ручью спуститься не рискнул.
Руслан поднял руку и двумя пальцами показал товарищам направление. Потом сделал такой же жест еще двум бойцам, и их тени беззвучно поглотили корявые кусты.
* * *Игорю снился сон, красивый, сказочный. Лес, солнце над зелеными кронами, каждый листок как изумруд. И вот, пожалуйста, как по желанию, можно наслать ветерок; он закачал ветвями, заставляя листья-изумруды касаться друг друга и тихонько позвякивать.
И звук вроде благородный, не как от обычных стекляшек. В волшебном звуковом сопровождении Игорь босыми ногами ступает по молодой ухоженной траве, словно по газону. Во сне губы беглеца расплылись в улыбке. Если бы он открыл глаза, то увидел бы в нескольких шагах от себя неясную тень. Он бы мгновенно проснулся, реагируя на малейший шум, но вокруг все по-прежнему тихо, тень, как и полагается, двигалась бесшумно.
Еще один осторожный шаг.
И еще.
А две предыдущие ночи Игоря мучили не кошмары, но кратковременные видения в минуты беспокойной дремы. Он в который раз переживал момент, когда неожиданной тенью появился за спиной караульного, сжимая в руках холодное оружие. Лезвие по самую гарду вошло в спину чеченца, все двадцать один сантиметр.
Он давно планировал побег, стащил из кухни штык-нож и спрятал в яме. Днем бежать бесполезно – догонят, только ночью.
