Всем своим видом он демонстрировал почтение и симпатию, но холодный, расчетливый взгляд пробирал до мурашек. Это был не напускной образ, чтобы припугнуть зарвавшуюся девицу, нет. Отвращение, что испытывал ко мне Эдрик, шло изнутри него. Оно бурлило, требовало выхода, и мне оставалось лишь ждать следующего шага принца и всеми силами стараться держать удар. – Хочу, чтобы все были в курсе моего к тебе интереса. Как я посмотрю, у меня уже и конкурент объявился.
– Как же здОрово, что мне пока еще не исполнилось двадцати трех лет, и согласие на брак дает мой старший брат.
Не придется тебе отказывать, вместо меня это сделает Андрэ.
– Пусть герцог Ламандский сначала разберется со своими проблемами, – парировал Эдрик. – Он не в том положении сейчас, чтобы торговаться с королем, – похоже, принц был абсолютно уверен в собственном успехе.
– Зачем я тебе? Ведь ты меня презираешь с самой первой нашей встречи?
– Тем приятнее будет превратить твою жизнь в ад, – склонившись к моему уху, прошептал принц, а меня начал озноб бить от подобной перспективы.
Не приведи небо действительно достаться такому в жены.
– Но и твоя в этом случае станет не лучше. Ты никогда не узнаешь, что такое любовь и настоящая семья, – попыталась я достучаться до его разума, но все было тщетно. Воспаленное сознание Эдрика видело перед собой только одну цель, и средства для ее достижения были оправданы заранее.
– Зато я познаю, что такое власть, – вкрадчиво говорил принц и внимательно отслеживал каждую мою реакцию. – Власть над одной выскочкой.
Поверь, это будет того стоить. А когда закончу с тобой, женюсь во второй раз, уже по-настоящему, и ничто мне не помешает сослать тебя в какой-нибудь убогий всеми забытый монастырь."
"– Ты сумасшедший! – выплюнула я, чувствуя, как всю меня колотит. – Тебе мозги надо лечить у менталиста, и то не факт, что поможет.
Эдрик принялся хохотать. Да так, что на нас снова начали обращать внимание, ну а я не придумала ничего лучше, чем сделать вид, что потеряла сознание.
С тихим и неправдоподобным «Ах!» я свалилась к ногам этого садиста, закончив танец раньше времени. Нас тут же окружили, поднялся встревоженный гомон, кто-то сердобольный принялся пихать мне под нос нюхательные соли. Убойная вещь, скажу я вам. После того, как меня всю передернуло, продолжать притворство уже не имело смысла. Слабым голосом я попросила проводить меня на свежий воздух, и вскоре уже сидела на скамеечке на небольшом балкончике и любовалась звездами.
