Сидеть тоже казалось невозможным, поэтому я подошла к окну. Вид на внутренний двор ничего особого любопытного собой не представлял, но хотя бы позволял глазу сосредоточиться на чем-то внешнем. Редкие незнакомые люди спешили по неведомым мне делам, неся папки, зажатые или в руках, или под мышками. Девушка в форме горничной кормила собаку.
– Легкого дня, рад видеть, что вы уже здесь, – раздался вдруг до боли знакомый голос, и сердце мое споткнулось, сжалось, а потом заколотилось с удвоенной скоростью.
– Рад встрече, лорд Вестон, – отозвался магистр Дерус.
А я стремительно развернулась и только и смогла, что смотреть на лорд-канцлера, впитывая в себя его серьезный, строгий образ и взгляд темных глаз, вопреки обстановке горевших озорством. Разомкнуть губы и выдавить почтительное на грани равнодушия приветствие не получалось – внутри все бушевало от эмоций. Я часто и глубоко дышала, лишь краем сознания понимая, что наставник может вот-вот увидеть мою реакцию.
– Магистр Дерус, – лорд Вестон и не смотрел в мою сторону, – скоро придут маги, вас ждут со всеми документами в кабинете у секретаря герольдмейстера. За вашей подопечной я присмотрю.
Наставник легко согласился меня оставить и покинул комнату, даже не обернувшись. Что определенно можно было счесть за везение: в противном случае магистр рисковал узреть сумасшедший вид и без того проблемной ученицы, а еще заподозрить наличие непозволительных чувств между магом жизни и менталистом и возможно донести об этом королю.
– Мари! – лорд Вестон размашистым шагом подошел ко мне и заключил в объятия.
Я таяла под градом поцелуев, что осыпали все мое лицо ото лба до подбородка, и, кажется, роняла слезы.
– Лорд Вестон, – шептала я и цеплялась пальцами за его такой красивый мундир.
– Дрейк, лорд Дрейк, – потребовал Его Светлость и приподнял мое лицо за подбородок.
– Не плачь, Мари, – он вытер мои слезы большими пальцами, и ткань его перчаток послушно впитала соленую влагу.
– Я не плачу, они сами льются, – жаловалась я.
– Сейчас мы их остановим, – пообещал лорд и приник к моим губам.
Нежный поцелуй действительно вытеснил все печальные мысли, накрыл с головой, укутав в туман ощущений. Губы лорд-канцлера дарили тепло и надежду, а руки крепко прижимали к большому твердому телу.
