Ничем иным я не могу объяснить то, что сделала следом. Я вытащила руки из карманов, положила их на плечи наследника престола, поднялась на цыпочки и нежно пообещала:
– А завтра…
– Что завтра? – замерев, выдохнул Джервальт.
– Завтра я тем же самым поинтересуюсь у Совета и его величества.
– Это угроза? – посерьёзнел принц.
Ага! Проняло! Неужели это она – та самая уязвимость, которую я смогу использовать для воспитания дикаря?
– Да! – воскликнула довольно. Даже о необходимости соблюдать тишину от счастья позабыла.
Но торжествовать мне не дали. Мужские руки внезапно скользнули под плащ, рывком прижали меня к закаменевшему телу противника, и ухо обжёг его злобный шёпот:
– Глупо, Алечка!
Вся моя бравада мигом схлынула. Я резко вспомнила, где, с кем и при каких обстоятельствах нахожусь. Стало страшно. Очень страшно! Особенно когда принц продолжил:
– Ведь я вполне могу перетерпеть пару-тройку неудобных вопросов. А вот твоя репутация вряд ли переживёт, если я публично проявлю интерес к твоим ночным похождениям.
Я только и могла, что перепуганно таращиться в темноту и стараться не замечать бесцеремонности скользящих по моей спине ладоней.
– Так что же мы будем делать, крошка?
Неизвестно, до какого ответа я бы додумалась, но тут в обмен угрозами вклинился посторонний.
– Джер, ты до утра торговаться собрался? Давай мы сейчас быстренько за вином метнёмся, а ты пока примешь с магианны плату за молчание?!
– Морти, заткнись! – возмутился ещё один знакомый голос. – Ты подхалим или кто? Не мешай повелителю развлекаться! Может, он не хочет быстренько!
Я выглянула из-за плеча принца и щёлкнула пальцами.
Сорвавшиеся с них крохотные искорки устремились в темноту и обрисовали абсолютно неразличимые прежде силуэты. К счастью, их было только два, а не все пять сразу.
– Оба заткнитесь! – добродушно порекомендовал Джервальт.
Очень хотелось и ему порекомендовать умолкнуть. Может, я бы так и сделала, если бы в этот момент не распахнулись ворота, расположенные всего в нескольких шагах от окошка, в которое я пыталась влезть.
Из них медленно выехала почтовая карета, запряжённая шестёркой лошадей, и загромыхала прочь от здания, постепенно набирая скорость.
– О нет! – Я в бессильной злобе стукнула принца кулаком по одному плечу, уткнулась лбом в другое и тоскливо взвыла.
– Что такое? – забеспокоился Джервальт. – Тебе плохо? – он снова прислонил меня к стенке и даже подбородок рукой вверх задрал, силясь рассмотреть выражение моего лица.
