«Помогите!» – звучал в ушах крик, и теперь я ни капли не сомневался, что это был Элкин голос.
Я вылез в окно. Охранник на входе сказал, что видел, как длинная девушка переходила дорогу и скрылась в кафе «Всё вкусненькое».
Я побежал в кафе. Барменша с видимым удовольствием проводила меня в кабинку, куда «девица в джинсах и очках ушла с приезжим парнем».
То, что я увидел, лишило меня ума. Он держал её за подбородок, они стояли почти обнявшись и с нежностью заглядывали друг другу в глаза.
Каюсь, я убежал как истеричная дамочка, застукавшая своего мужа в постели с другой.
Это было стыдно – я должен был убить их обоих на месте, а заодно и барменшу, а потом разнести в клочья кофейню, но…
я удрал. В заборе, возле кафе, оказалась дырка, и я нырнул в неё как трусливая шавка…
– Слушай, тебе чего, подруга изменила? – спросила одна из Ксюх, подливая мне водки.
Я удивился её прозорливости, но ничего не ответил.
– Ты, котик, пей, пей, легче станет, – посоветовала другая Ксюха, подливая мне в водку шампанское.
Водка была дрянной, девки дрянные, но хуже всего оказалось то, что ни одно из двух этих «лекарств» не помогало.
«Помогите!» по-прежнему звучало у меня в ушах, и теперь это был мой собственный крик.
Почему, ну по-че-му я не убил их сразу на месте?!!
Теперь бы я не чувствовал себя маленьким и никчёмным.
Маленьким и никчёмным…
На сцене пел брутальный пацан, похожий на Дэна. Я вышел из-за стола, поднялся на сцену и вмазал пацану просто за то, что мне не понравилась форма его подбородка.
Пацан рухнул, увлекая за собой микрофон и производя столько шума, словно это рушились башни-«близнецы» в Нью-Йорке. На меня бросились несколько человек – наверное, музыканты, а может, охрана, и я с радостью уложил их приёмчиками, о которых они понятия не имели. Все, все они почему-то были похожи на Дэна…
Разобравшись на сцене, я пошёл в зал и те из мужиков похожих на Дэна, которые не успели удрать, получили кто в нос, кто в подбородок, кто в ухо.
Бабы визжали, посуда звенела, я бил всё и вся за то, что Элка так смотрела на Дэна, за то, что он держал её за подбородок, за то, что они стояли так близко друг к другу.
Когда все Дэны разбежались и расползлись, я начал крушить столы, стулья и прочую мебель. Кто-то пытался хватать меня за руки, но где ему было против моего пьяного мужского отчаяния! Я крушил всё вокруг, и где-то в глубине помутившегося сознания маленькой вспышкой мелькала мысль, что завучи так себя не ведут.
