Мужчинам давали выходной, школьники и прихожане посещали рождественские службы. Матери маленьких детей покупали своим чадам по апельсину и горсти орехов; но, за исключением «крайнего дома» и трактира, чулки нигде не вешали, а те, у кого не было доброй старшей сестры или тетушки в услужении, которые присылали гостинцы, рождественских подарков не получали.
И все же сельским жителям удавалось немного попировать. Каждый год фермер закалывал для этой цели быка и выдавал всем своим работникам по куску говядины, который красовался на рождественском обеденном столе рядом с пудингом – не традиционным рождественским лакомством, а вареным пудингом из нутряного сала, щедро сдобренным изюмом.
На потолке и над картинами вешали гирлянды из плюща и других вечнозеленых растений (остролиста в здешних краях не было); откупоривали бутылку домашнего вина, жарко натапливали камин и, плотнее закрыв двери и окна, чтобы защититься от пронизывающей зимней стужи, усаживались перед очагом, чтобы провести этот день чуть более торжественно, чем обычное воскресенье.
Соседей навещали редко, воссоединения семей не случалось вовсе, так как в это время года дочери, находившиеся в услужении, были нужны своим хозяевам, а те немногие сыновья, что уехали из родного дома, в основном служили в армии, за границей."
"В некоторых крупных деревнях все еще собирались ряженые, и деревенские хоры колядовали по окрестностям; но в Ларк-Райз никто из них не наведывался, потому что знал, что сбор, которого там можно было ожидать, не оправдает их усилий.
В некоторых семьях, собравшись у очага, пели колядки и рождественские песенки; в этом, вместе с более богатым, по сравнению с обычными днями, столом и жарче натопленным камином, и заключалось все рождественское веселье.
Более волнующим было Праздничное воскресенье, когда отмечался ежегодный сельский праздник. В этот день съехавшиеся отовсюду знакомые и незнакомые люди заполоняли коттеджи и трактир и прогуливались по отрезку проселка, который проходил по Ларк-Райзу.
В этот день растапливали большие печи, и почти в каждой семье ухитрялись раздобыть на ужин говяжью вырезку и йоркширский пудинг. Мужчины надевали выходные костюмы, цепляли воротничок и галстук, а женщины доставали свои драгоценные наряды и щеголяли в них, ведь, пусть даже в доме и не ожидали приезда родственников, кто-нибудь мог «заглянуть» если не на обед, то на чай или ужин.
