Проволока проходила наружу сквозь стеклянный шарик на верхушке колокола. К ней была припаяна широкая спираль из медного провода, похожая на легкий корсет, на каком дамы носят пышные юбки.
– Господа, готовы испробовать действие аппарата?
– Я готов! – Аполлон Григорьевич протянул руку. Однако стать жертвой эксперимента ему не позволили. Чиновник сыска напомнил, что поручение дано ему, стало быть, ему и быть подопытной мышкой.
– Что я должен делать, господин Котт?
Правила оказались несложными. Доктор вынул из шляпной крышки два медных провода, загнутых на концах буквой «Г».
Крючок полагалось зацепить за медную спираль. Другой конец зажать в кулаке. Что Ванзаров послушно исполнил. Котт попросил лист бумаги с карандашом и взялся за свой провод левой рукой. За подготовкой эксперимента Лебедев наблюдал с жадным интересом, подбадривая доктора.
– Что мне делать? – спросил Ванзаров, сжимая медный крючок.
– Представьте недавнее событие, которое еще не поблекло. Лучше – вчерашнее. Представьте, будто оно сейчас у вас перед глазами.
– Давать появление?
– Ясновидение происходит в полной тишине.
– Глаза закрыть?
– Непременно… Господа, прошу полную тишину, – Котт сделал медленный вдох, уткнул карандаш в бумагу и закрыл глаза.
Аполлон Григорьевич затаил дыхание. Как хищник перед прыжком.
Поначалу ничего не происходило. Лишь стрелка внутри колокола чуть заметно качнулась, указав острием на Ванзарова. Как вдруг рука доктора стала писать, будто без его воли. Карандаш выводил слова, замирал и снова что-то писал, широко и размашисто.
Пока не выпал из пальцев.
Отпустив провод, Котт откинулся на спинку стула и отрыл глаза.
– Прочитайте, что там…
Лебедев чуть замешкался, Ванзаров успел выхватить лист.
Буквы прыгали, строчки плясали, но прочесть труда не составило. Карандаш вывел: «Апраксин… Лавка… Антиквар… Зеркало… Шнур… Стул… Холодное тело… Осколки… Шинель… Ночь… Убегает… Сапоги… Шарф… Поймать…»
Протянув лист, Ванзаров наблюдал, как брови криминалиста поползли вверх.
– Ну и ну… – проговорил он без тени веселья.
– Господин Котт, что значат эти слова?
– Не имею представления, господин Ванзаров. Я всего лишь передатчик образов вашей психической энергии, которая через аппарат вошла в мое нижнее сознание и вышла в виде автоматического письма… Я всего лишь винтик телеграфа психической энергии. Сообщение отправили вы.
– Об этом в газетах ничего еще не было, – начал Лебедев, но получил такой особенный взгляд чиновника сыска, что осекся.
