– Нет, могу врезать и до того, как мы будем официально представлены, – съязвила в ответ. – Просто хочу знать, как к тебе обращаться.
– В документе, который свидетельствует, что я твой раб, госпожа, все указано.
Точно! Я развернула рулончик договора.
– Черут Эдер, – прочитала вслух. – Странное имя.
– И тут не угодил, – притворно вздохнул он. – Это от драконов западных земель досталось. Отголосок прошлого, так сказать. Родовое имя.
– Так ты дворянских кровей?
– Это перестало иметь значение, когда мой досточтимый батюшка, гори он в аду, прогулял все состояние.
– Ты недалеко от него ушел, как я посмотрю, – хмыкнула себе под нос.
– Ушел далеко, прямиком в армию. Мечтал покрыть себя славой и вернуть имя, вместе с титулом и землями, разумеется. – Мужчина скривился. – Был юн, глуп, самонадеян. Жизнь быстро макнула мордой в…, – бросил на меня взгляд и продолжил, – в нечистоты. Оказалось, что война – это вовсе не ратные подвиги, как я считал, а бойня, превращающая людей в скотов.
Он глянул на шрамы на своих руках и скрипнул зубами.
А потом снова посмотрел в мое лицо.
– А что это мы все обо мне, хозяюшка? Давай-ка лучше ты расскажи, как дошла до того, что вынуждена покупать себе мужчину!
– Не твое дело, – процедила я, вновь задетая за живое.
– Как раз мое, – возразил Черут. – Должно же твое, э-э, приобретение быть в курсе, чего ждать от госпожи. Почем знать, вдруг ты такая придумщица, что ранишь мою тонкую душевную организацию непристойными приказами?
– Сомневаюсь, что смогла бы тебя чем-то удивить, – пробормотала, покраснев.
– Да, с виду ты вполне благопристойная леди, даже декольте кружавчиками прикрыто, хотя в такую жару все девицы его до пупа оголяют, вентиляции ради и для ускорения выпрыгивания замуж, – начало рассуждать вслух это наказание. – Но, тем не менее, вполне может статься, что в твоем тихом омуте играют в салочки черти размером с кита!
– Спасибо за лестное мнение, – процедила я. – Уверена, моим чертям не сравниться с твоими!
– У меня нет чертей, леди, – Черут прекратил улыбаться.
– Только дьяволы. И лучше тебе с ними не сталкиваться, – тихо сказал он.
От того, как при этом хищно блеснули его глаза, меня так продрало морозцем вдоль позвоночника, словно в карете не висела полуденная духота, а сверкали ледяной белизной шапки сугробов.
– Так ты назовешь свое имя, хозяйка? – как ни в чем ни бывало, спросил дракон через секунду.
– Даниэлла, – послушно ответила я, все еще ежась.
