Суровые крепыши с взглядами матерых душегубов бросали в дрожь одним своим видом, и говорили они на непонятном языке, совершенно не похожем на германские диалекты, знакомые тут каждому.
— Да, ваша милость? — он не дождался ответа, а потом спросил наугад. — Ваша светлость? — и увидев утвердительный кивок, начал постукивать зубами от ужаса.
— За нами погоня будет, как думаешь? — спросил его парень, который оказался целым герцогом. Мельник был едва жив. Сердце в груди здоровенного мужика прыгало, как бешеный заяц, а лоб покрылся испариной.
Он никогда еще не попадал в такую передрягу. Даже когда в годы его молодости воины Нейстрии грабили окрестности города, он очень удачно отсиделся за его стенами. Даже тогда он не боялся так сильно.
— Будет, конечно, ваша светлость, — признался мельник. — Огонь на стенах видели, значит, его милости графу уже доложили. А много ли времени нужно, чтобы опросить всех по дороге. На конях быстро нагонят.
— Я так и думал, — кивнул герцог. И добавил на непонятном языке, ткнув куда-то рукой.
— Что ж, у них еще есть шанс остаться в живых. Парни! Луки готовим. Идем через лес, там найдем удобное место.
Караван поехал по лесной дороге. Мельник оказался прав, и через пару часов они услышали дрожь земли под копытами коней. Их догоняли.
— Обоз вперед на милю, ждать нас там, — резко сказал Само, и трое воинов склонили головы, уведя вперед телеги с людьми и товаром.
Два десятка бойцов ушли в ближайшие кусты, где деловито натянули тетиву на луки, любовно тренькнули по ней пальцем, проверяя натяг, и воткнули перед собой стрелы.
Дело-то привычное. Остальные остались с князем, встав поперек узкой дороги. Десяток всадников, вооруженных секирами и мечами, остановили коней, удивленно пялясь на явно опасных людей, перекрывших им путь.
— Кто такие? Чего надо? — спросил их странный голубоглазый парень в богатом плаще. Воины даже опешили от такой наглости.
— Мы служим его милости графу Орлеанскому! — важно ответил старший из них. — Мы должны догнать и привезти назад преступника, мельника Халло с семьей.
Дорогу!"
"— Его семья тоже преступники? Даже дети? — поинтересовался Само. Шансы разойтись миром были нулевые, это читалось во взглядах графских воинов.
— Уйди с дороги, парень, иначе повиснешь на суку, — на лице графского воина заиграли желваки. — Мы королевские люди! За то, что ты делаешь, полагается такая вира, что во всем Орлеане таких денег нет.
— Я это уже понял. А ведь у вас был шанс уцелеть.
