– Воду принеси, глину замеси, грязь убери… На ногах еле стою, дядя Нелюб. Матушка загоняла меня совсем! – Рано лишившись родной матери, Ядрана привыкла называть тетку матушкой.
– Ой, бедняжка! – насмешливо проговорила Домаша, наклонившись над деревянной кадушкой и смывая засохшую глину с рук. – Ничего, милая, тебе полезно лишний часок потрудиться! Уродилась ты высокая да ядреная. В четырнадцать лет уже с меня ростом. Не даром Ядраной тебя нарекли.
Ядрана по-старославянски значит «крепкая».
– Я на речку хочу, – капризно промолвила девушка.
– Ступай, – милостиво кивнула ей Домаша.
Засветившись от радости, Ядрана быстро помыла руки, сбросила с себя грязный платок и передник и убежала.
Нелюб сел на скамью у бревенчатой стены, в пазах которой торчал мох.
Домаша села рядом, прильнув к мужу.
– Отчего такой невеселый? – участливо спросила она, ласково погладив супруга по щеке. – Что-то случилось?
– Случилось, – негромко ответил Нелюб. – Завтра в поход выступаем всей дружиной и пеший полк с собой берем.
По слухам, Мамай и литовский князь Ягайло этим летом на Москву идти вознамерились. Мамай с юга подойти должен, а Ягайло – с севера. Против Мамая князь Дмитрий Иванович собирает рать под Коломной. Рать из Полоцка и Пскова уже выдвинулась на Ржеву, дабы упредить возможный удар литовцев с той стороны. Владимир Андреевич с той же целью завтра поведет свое войско к Верее.
Домаша теснее прижалась к мужу, словно не желая его отпускать.
– Береги себя в сече, – тихо промолвила она. – Помни, ты теперь не один.
* * *Нерасторопен и трусоват был боярин Огневит Степанович. Получив приказ от серпуховского князя собрать и вооружить всех мужиков в данных ему на «кормление» деревнях, боярин Огневит потратил на сборы четыре дня. Придя, наконец, в Серпухов с полусотней смердов и своих челядинцев, Огневит узнал, что княжеский полк вот уже два дня как ушел по дороге на Верею.
– Что же, мне теперь вдогонку за князем идти? – расстроился Огневит Степанович.
– Ни к чему это, – сказал боярину огнищанин Годыба. – Веди своих ратников в Коломну. Там назначен общий сбор полков. Дружина и пеший полк Владимира Андреевича туда же подойдут, ежели литовцев под Вереей не встретят.
Огневит Степанович хотел было задержаться в Серпухове на денек-другой, но Годыба не позволил ему этого."
"– Некогда рассиживаться, боярин, – сурово произнес огнищанин.
