В столице Золотой Орды Прохор напросился в услужение к спесивому Джироламо, не гнушаясь никакой работы.
В пригороде Сарая у Джироламо был большой дом с садом и конюшней. На базаре у него была своя лавка, а на пристани в его владении был один из сухих доков для ремонта кораблей. Сначала Прохор трудился в гавани, где летом и осенью работы было невпроворот. Торговые суда сплошным потоком шли в Сарай с донской переволоки, с низовьев Волги от Персидского моря, с верховьев Волги, из русских княжеств и Булгара.
В пути случалось всякое, поэтому починка требовалась многим торговым насадам. В артели корабельщиков, работающих на Джироламо, почти все были русичи. Кто-то пришел в Сарай на торговом судне, нанявшись гребцом, да так и остался здесь. Кого-то Джироламо выкупил из татарского рабства и взял к себе на работу.
Зимой всю артель корабельщиков Джироламо перебрасывал на заготовку древесины. Лес обычно рубили в верховьях реки Суры, потом на санях везли к Волге и сваливали на берегу, чтобы по весне сколотить из бревен плоты и спустить их вниз по Волге до Ахтубской протоки.
Прохор избежал этой участи, его Джироламо взял к себе в дом для различных поручений. Целыми днями Прохор мотался между базаром и домом Джироламо, вручая из рук в руки узкие полоски толстой бумаги, куда приказчики заносили перечень проданных товаров, а также товаров, утративших спрос либо пришедших в негодность. Сюда же заносились суммы вырученных денег.
Джироламо часто писал записки другим фряжским купцам, с которыми он проворачивал различные сделки. Эти записки также доставлял их адресатам Прохор, который очень скоро исходил огромный Сарай из конца в конец.
Всюду, будь то базар, пристань или постоялый двор, Прохор завязывал знакомства с различными людьми, невольниками и свободными. Он искал таким способом Настасью, описывая ее внешность, выспрашивая о ней у людей знатных и простолюдинов, у мужчин и женщин. Так прошла осень, а за ней зима… Сметливый Прохор уже неплохо изъяснялся на фряжском и татарском языках, но ему пока так и не удалось разыскать сестру.
* * *Однажды в середине апреля Джироламо, как обычно, отправил Прохора с письменным посланием к венецианскому купцу Козамо, дом которого находился в Гулистане, в той его части, что примыкала к заболоченному руслу Ахтубы. В той части предместья генуэзцы не селились, опасаясь болотной лихорадки.
