Единственным утешением было то, что Джордан больше не испытывала боли.
Я отошел к бару после того, как она осушила свой бокал. На этот раз я взял бутылку виски для себя и вернулся с бутылкой вина, чтобы долить ей. Попасть в тюрьму за убийство Генри вряд ли было бы разумно, и Джордан была единственным, что удерживало меня от этого импульса.
Возможно, нам обоим нужно было сбросить напряжение.
Я сел напротив нее на деревянный кофейный столик. Долгое время мы пили в молчаливом сострадании. Хотя у меня обычно была высокая устойчивость к виски, впервые за много лет я переборщил, как и Джордан.
Она была потрясена событиями сегодняшнего вечера, а я злился на себя за то, что позволил этому случиться.
Трясущимися руками Джордан поднесла бокал к губам.
— Спасибо, – наконец заговорила она после оглушительной тишины.
— Не за что.
Джордан покачала головой.
— Я не имела в виду вино. – Она намекала на ссору с моим отцом. — Спасибо, – повторила она. — Никто раньше не заступался за меня.
– Джордан допила вино и пробормотала: — Боже, как приятно было видеть, как он падает на дурацкую башню из шампанского, которую сам заставил меня собрать.
Мои губы изогнулись.
— Поэтическая справедливость.
— Часть меня хотела бы быть лучшим человеком и не получать от этого удовольствия, но...
— Поверь мне. Важность того, чтобы быть лучшим человеком, переоценивают.
Меня годами называли старой душой, хорошим человеком, миротворцем. Это не принесло мне счастья.
Ближе всего я к нему был, когда воздал должное своему мудаку-отцу, а Джордан признала, что я сделал это ради нее.
Мы были всего в нескольких сантиметрах друг от друга, пока я прижимал завернутый лед к ее щеке. Мое дыхание упало на ее губы, когда я наклонился и прошептал:
— Я научился ставить свои потребности на первое место. – Я не стал скрывать то, как мои горящие глаза наблюдали за ней, позволяя ей сделать выводы. — К черту последствия.
Джордан нахмурила брови, пытаясь разгадать смысл моих слов.
Я наполнил ее бокал, опустошив бутылку, пока эти блестящие глаза изучали мои. От того, как она смотрела на меня, у меня сжалось горло."
"После пережитого сегодня ей меньше всего нужно было, чтобы я пялился на нее так, словно она – добыча, а я – охотник, жаждущий хорошей погони. Но Джордан облажалась, подарив мне этот невинный взгляд. Разве она не знала?
Если бы она дала мне свой палец, я бы откусил всю руку.
