— Я попрошу кого-нибудь составить контракт и отправить его тебе по электронной почте. – Генри повернулся к Ксандеру, который угрюмо смотрел на своего отца. — Ему не помешает помощь.
Ксандер проигнорировал колкость, хотя мускул на его челюсти дрогнул.
— Джордан, пришли мне контакты тех дизайнеров, с которыми ты сотрудничаешь. Я бы хотел взглянуть на образцы обоев и ковров.
Не останавливаясь, я сказала:
— Как пожелаешь, Генри. Спокойной ночи, Ксандер. – И только сейчас вспомнила, что нужно добавить: — Добро пожаловать домой.
Это было самое далекое от приветствия празднование, и вместо того, чтобы звучать примирительно, мои слова, казалось, только усугубили ситуацию.
Добро пожаловать домой, да. Добро пожаловать к твоему отцу, критикующему тебя, и ко мне, сидящей здесь и позволяющей ему это делать. Добро пожаловать в пустую комнату и обманутые ожидания.
Добро пожаловать, добро пожаловать, добро пожаловать.
Я держала себя в руках, пока не добралась до спальни, где аккуратно сняла свое дорогое платье и повесила его на специально отведенную вешалку.
Мне нравились цветы на юбке. Когда я покупала это платье, то представляла, как буду носить его в саду в разгар лета, держа за руку маленькую девочку в похожем.
Я посмотрела на свою пустую руку и медленно перевернула ладонь. Морщин пока не было. Но я боролась со временем. Никакие омолаживающие сыворотки и плацентарные маски не могли с ним справиться. Раньше я думала, что Генри борется вместе со мной, но теперь казалось, что он просто тянет время.
В лучшем случае у меня оставалось несколько добрых лет, чтобы завести детей.
Офис, ради всего святого.
Мне захотелось рассмеяться, но звук, сорвавшийся с моих губ, прозвучал как нечто иное.
В комнате было темно. Лунный свет серебристо поблескивал на хрустальной люстре, висевшей над зоной отдыха в нашей спальне. Он отражался от зеркала моего туалетного столика, как искры от льда, но когда свет помутнел, я поняла, что это слезы стоят в моих глазах.
И именно там, в комнате, которую я делила с мужем, который предпочитал мне свой офис, я плакала, пока не уснула.
Глава 6
Ксандер
— Тюремная птичка, – пробормотал я, наблюдая за Джордан со своего наблюдательного пункта.
После нашего провального ужина она на шатких ногах удалилась в свою комнату. Я удивился тому, как легко было взобраться на стену балкона и наблюдать, как она погружается в сон после долгих рыданий.
В деспотичной жестокости Генри была своя закономерность.
