Я продолжала напоминать себе, что ненавижу его, даже когда он посвящал мне гол за голом. К последнему голу, к моему большому огорчению, румянец пополз вверх по моей шее. На этот раз я ненавидела себя за то, что оказалась такой слабой женщиной.
Пыхтя от досады, я провела остаток дня, обзванивая различные компании, готовые предоставить команде бесплатное снаряжение. Я удовлетворенно улыбнулась, когда одна из них клюнула на мою наживку и поняла, почему Ксандер не конфисковал мой телефон. Я бы сошла с ума, если бы не могла работать.
В мире безумия этот жест был странно милым.
Было уже далеко за полдень, когда я услышала голос одной из его сотрудниц:
— Мисс Максвелл? Мистер Максвелл обеспокоен тем, что Вы мало ели.
Я обвела глазами комнату, запоздало вспомнив, что Ксандер установил камеры... где-то здесь. То, что он наблюдал за моим режимом питания, раздражало до невозможности.
— Могу я приготовить Вам что-нибудь еще? – спросила женщина по ту сторону двери.
Как насчет ключа, запеченного в пироге, – бессмысленно подумала я, хотя от одной мысли о пироге мне стало почти так же плохо, как от чесночной пасты.
— Просто чай, – с усилием сказала я. — Слегка подслащенный.
Я обыскала комнату в поисках камер, но ничего не обнаружила. Возможно, они были спрятаны, как, например, внутри медведя, вот только у него не было ни одной мягкой игрушки.
Я прерывисто вздохнула как раз в тот момент, когда в дверь постучали.
— Здравствуйте, мисс Максвелл.
В комнату вошла женщина в брюках и красивой белой блузке на пуговицах, держа в руках поднос.
Это был очень красивый чайный сервиз – кувшинчик для сливок, заварочный чайник и все остальное. Я подумала, не Ксандер ли его выбирал."
"Джейми стояла на страже у двери, словно я в любой момент могла броситься наутек. Она не смотрела мне в глаза с тех пор, как потерпела фиаско с противозачаточными средствами, и вела себя так, будто я предала ее, попросив о том, на что у меня не было разрешения.
Теперь со мной действительно обращались как с душевнобольной.
— Ваш чай готов.
— Спасибо. – Я улыбнулась женщине и увидела, как она нервно отвела глаза. — Как тебя зовут?
— Мишель, мисс Максвелл, мэм.
— Мишель, – повторила я. — Каковы шансы, что вы с Джейми оставите замок на той двери открытым и позволите мне покинуть этот дом?
— Мы не можем этого сделать, мэм, – сказала Мишель, осторожно добавляя сливки в мой чай. — Мистер Максвелл сказал, что Вы нездоровы. Он, эм… – Она посмотрела на меня, а затем снова отвела взгляд.
