Кричащие чайки, выписывая немыслимые кульбиты, подставляют бока соленому ветерку. Я ложусь на спину и смотрю в лазурную бездну неба, такую глубокую, что кружится голова. Небо заслоняется, меня обдает песком, и сынишка, смеясь, плюхается мне на голову и грудь. Мы шутливо боремся, вскакиваем и начинаем играть в догонялки. К нам присоединяются жена и дочка. Дочка бежит к подножию огромной горы, нависшей над пляжем, и начинает взбираться по узкой извилистой тропинке. Мы лезем за ней. Сердце выскакивает из груди, и вот наконец маленькая площадка.
Со всех сторон нас окружают какие-то искривленные сосны. Земля засыпана хвоей. Мы между небом и землей. Горизонт сверкает расплавленным золотом. Море внизу ярко-зеленое, дальше начинает синеть.
Душа охвачена неземным блаженством и восторгом. Сверху неожиданно падает маленький камешек, потом еще один, покрупнее. Я увлекаю свою семью ближе к отвесной скале. Камни летят все чаще, превращаясь в какой-то адский дождь. С грохотом срываются целые глыбы, подскакивая на выступах и откалывая от них крупные куски.
Мы вжимаемся в стену, но камни задевают нас. Я чувствую, как вибрирует скала. Сверху мелькает тень, глыба бьет в жену, и она летит в пропасть."
"Нигде не видно детей, вся площадка завалена камнями. Осматриваюсь и вижу ободранную детскую ручку, выглядывающую из-под серой груды. И вдруг я понимаю, что мне все это только снится.
ОНИ ЖЕ И ТАК МЕРТВЫЕ! Чтобы проснуться, прыгаю со скалы вниз, со всего размаха бьюсь о землю…»
Слышу треск и дикий крик, открываю глаза и несколько секунд соображаю: где это я? Наверху виден клочок звездного неба.
Перевожу взгляд ниже, вздрагиваю и инстинктивно сжимаю кулаки. Какая-то темная масса шевелится передо мной. Жду нападения и готовлюсь к худшему, но никто не бросается на меня. Набираюсь храбрости и зажигаю спичку. Темнота отступает в сторону, и я вижу женщину, нанизанную на кол.
Кто она такая? Как здесь оказалась? Что-то начинает прорисовываться в памяти, и я опять зажигаю огонек, подношу его к искаженному предсмертной мукой лицу женщины.
«Да ведь это одна из наших гостей!» – осеняет меня. Точно, помню эту девчонку. Все время возле их начальника вилась, Бояринова. Кажется, ее Мариной зовут. Вернее, звали.
Что там могло произойти, заставив ее сбежать оттуда? Перед глазами ярко встает картина: другая мертвая женщина, привязанная к березе. Точно у меня что-то с головой, если забыл такое. А я действительно постоянно что-то забываю. Поэтому Борис и относится ко мне как к больному.
