Но сейчас её не было, да и она была не нужна.
В этих глазах не читалось осуждения, разве что непонимание. Взгляд при этом был строгим, спокойным. Будто своим жестом она только что ненавязчиво отвергла самого короля. Впрочем, в какой-то мере это было правдой.
— Я… — шепотом начала Ева, всё еще ощущая горячее дыхание на своем лице. — Я так не могу.
Отвратительная, презираемая Райнхардом фраза выстрелила ему куда-то в грудь. Будь его воля, он бы запретил абсолютно всем женщинам произносить эти глупые, нерациональные слова.
Впрочем, в остальных случаях они лишь раздражали его, но никогда особо не мешали. Своей настойчивостью он всегда умело ломал любую женщину, которой хотел завладеть. Ему был безразличен её протест, ведь он знал, что в итоге она поддастся горячему желанию. Но сейчас… он продолжал держать Еву рядом, однако от мысли, что ему придется насильно склонять её к ночи, которая лишит девушку сил, в чёрной дьявольской душе зарождалось невероятно мерзкое, тяжелое чувство.
— Что не так? — он постарался унять свои эмоции, чтобы голос не сорвался на рык.
— Ты не отпустишь меня? — с еле слышимой неловкостью шепнула Ева.
— Нет. — моментально и резко отрезал дьявол.
Девушка отчего-то улыбнулась. Как-то глупо, всё также неловко. Её умиляло это дерзкое желание Райнхарда держать её рядом, но в то же время оно немного пугало её. Да. Именно в этом и было дело: она не знала, что чувствовать к нему. Пытаться любить или ждать, когда он воспользуется ею и разобьет ей сердце? Ведь дьявол не был похож на тех, кто умеет долго питать нежное чувство к женщине.
Тем более, к смертной женщине.
— Мне… — подобрать слова было невероятно сложно, — … мне очень тепло и необъяснимо хорошо, когда ты рядом."
"Ева говорила это так, словно пыталась оправдаться. Именно за такими словами всегда идет бьющее под дых, жестокое «но».
— Тогда в чем дело? — Райнхард не мог ничего с собой поделать, и голос его был излишне строг.
Девушка молчала. Она спрятала взгляд, хоть ей всё равно было никуда не деться из-за настойчивых объятий.
В одной руке она продолжала сжимать кристалл, а ладонь второй аккуратно касалась широкой мужской груди. Ева пыталась найти слова. За секунды расставить у себя в голове всё по полочкам и объяснить своему хищнику, почему она не может просто так отдаться на растерзание. Но дело было не в разуме, а где-то глубже: её душа была не на своём месте от всего происходящего.
Райнхард ждал и каждая секунда тишины давила на него невероятно тяжелым грузом.
