Если их одолевали ужас, трепет, воспоминания… то они нам об этом не сообщили. Я уже видел, как сильно они изменились, как выросли. Они стали почти совершенно другими существами, нисколько не похожими на тех, кого я встретил на Эрде-Тайрине. Мы все стали другими.
По крайней мере, сказал я себе, моя служба была добровольной… в некотором роде.
– Вон там, – подтвердил Дидакт, указывая пальцем на увеличенные изображения: следы сигнатур двигательных выбросов были видны даже на фоне пожаров, в которых сгорали города.
Часть кораблей приземлилась, часть висела в воздухе; некоторые размерами превосходили наш, другие были меньше.
– У творцов жизни не бывает оружия, – произнес он. – Здесь служба безопасности строителей, но они залегли, прячутся в тени. Вероятно, знают о моем прибытии. Посмотрим-ка пристальнее. Так, эскортные корабли класса «охрана» и «достоинство». Сотни скороискателей, военные машины класса «диверсия». И все это для защиты творцов жизни? Что там случилось? Она все еще в системе?
В его голосе слышались нотки обреченности и отчаяния, но с каким-то проблеском надежды, словно поражение, плен и вещи похуже, которые в его воображении могли с ним случиться, стоили того, если только он может снова увидеть жену.
Мы находились в сотне тысяч километров от планеты, когда корабельная анцилла сообщила, что наша последняя орбита отхода перекрыта.
– Корабли смещаются звездостремительно через карантинный щит. Им дозволена полная функциональность, мощность и скорость, и теперь они ложатся на наш курс и нашу траекторию.
Я развернулся, когда в видоискателе датчика появилось не меньше сотни кораблей. Большинство меньше нашего, но несколько – значительно крупнее и определенно имеют сокрушительную огневую мощь.
– Ограничение подвижности, – сказал Дидакт. – Верификатор и в самом деле помог загнать нас в ловушку.
Он сделал последнюю попытку изменить курс корабля на звездобежный, но поля ограничений держали нас, не позволяли набрать максимальную скорость, и, конечно, в гиперпространство войти мы не могли.
Мы были похожи на насекомое, пойманное в бутылку, бесполезно бьющееся о ее стенки.
Собрав столько информации, сколько было возможно, Дидакт сказал:
– Что-то спровоцировало сан’шайуумов на восстание.
– Но у них нет оружия…
– Не было оружия. Верификатор оказался не очень внимателен. Они явно все еще искусны в торговле.
– Командир флота реагирования приказывает нам подчиниться и не вмешиваться, – сказала корабельная анцилла.
