А вот если с русским человеком поговорить по душам, один на один, тогда другое дело! Тогда он проникнется. Уверен, завтра будут еще добровольцы. И послезавтра тоже.
Это объяснение майор Литке выслушал с бесстрастным лицом, и непонятно было, поверил он Лысухину или нет. Он лишь сделал жест рукой, что означало, что Лысухин может идти и заниматься своими делами.
Выходя от Литке, Лысухин заметил Веселого. Но на этот раз Веселый не подошел к Лысухину, а едва увидев его, тотчас же спрятался за угол. Лысухин никак на это не отреагировал, лишь усмехнулся.
Глава 23
На следующий день и агитации никакой не понадобилось — заключенные и без нее едва ли не в очередь выстраивались, чтобы записаться в каратели и школу диверсантов. На третий день было то же самое. В последующие дни желающих поубавилось, но все равно из строя на утреннем разводе выходили многие.
В конце концов, на такое небывалое дело обратил внимание лично полковник Вайскопф. И он пригласил к себе для разговора майора Литке.
— Ну и что вы на это скажете, Вилли? — спросил полковник у майора.
— Просто-таки небывалая ситуация! Едва ли не половина заключенных вдруг пожелала стать диверсантами и карателями!
— И что же в этом плохого? — спросил Литке. — Разве мы не к этому стремились?
— Да, это так. — Полковник Вайскопф потер в задумчивости лоб. — Но скажите — лично вас в этой ситуации ничего не настораживает?
— Что именно должно меня насторожить? — с недоумением спросил Литке.
— Ну, как же… То практически никого, а то каждый день выходят из строя едва ли не целыми ротами.
— И что же? — все с тем же недоумением спросил Литке.
— Так, знаете ли, не бывает, — авторитетно изрек полковник Вайскопф. — То никого, а то — целыми ротами. Тут, на мой взгляд, кроется какая-то загадка. И далеко не факт, что отгадка такой загадки окажется для нас приятной и полезной.
— Не вижу никакой загадки, — пожал плечами майор.
— А вот я вижу! — отчеканил полковник. — Более того — я вижу истоки этой загадки. Ее причину!
— И в чем же причина? — спросил майор.
— Вилли, вы — хороший специалист и офицер, но вы не наблюдательны! — сказал полковник. — Нет в вас задатков психолога! Если бы они у вас были, то вы бы обязательно обратили внимание на один любопытный факт. Припомните, когда у заключенных началось это массовое желание записаться в диверсанты и каратели?
— Несколько дней назад, — сказал майор. — И что же с того?
— Узко мыслите, Вилли! — Полковник по-отечески похлопал майора по плечу. — А нужно уметь мыслить широко.
