А я пока подготовлюсь к маленькой заварушке, чтобы ваши нейроны энергичнее шевелили булками.
– Кто? Что? – почти хором переспросили они.
– Мыслительный процесс человека проходит в его головном мозге. Мозг состоит из мозгового вещества, в котором самыми важными являются нейроны. Именно по ним бегают импульсы, являющиеся мыслями человека.
Снова тишина.
На него внимательно смотрел с каким-то странным видом.
– Ладно. Не забивайте голову. – махнул рукой Андрей. – Все идите и собирайтесь. Человек – птица гордая – пока не пнешь – не полетит.
Поэтому шевелить ваши нейроны я будут через задницу, ногой.
С тем их и выпроводил.
Однако мулла задержался.
– Что-то еще? – вполне дружелюбно поинтересовался Андрей.
– Ты действительно не враг мусульманам?
– Если Бог един, то какая разница кто и как ему поклоняется?
– Но Пророк…
– Бог Всемогущ? – перебил его Андрей.
– Всемогущ.
– Значит, если бы он пожелал, чтобы все ему поклонялись как-то конкретно, то он донес до каждого это. Не так ли? Или ты думаешь, что ему не хватило бы для этого могущества?
– …
– А значит, что?
– Что?
– Ему плевать кто и как ему поклоняется.
Вполне достаточно, чтобы каждый верующий старался быть хорошим человеком и при этом по возможности не убивал себе подобных. Все остальное – досужая болтовня. Молитвы, питание, приседания… да ему наплевать. Просто плевать. Иначе бы он давно вмешался, устранив весь этот бред и навел единый порядок поклонения. Но нет. А все потому, что Он смотрит на нас как на дикарей в перьях.
Только пот занавеской утирать успевает.
– Почему? – как-то на автомате спросил мула.
– Потому что весело ему. Ржет. Потеет. Но так как у людей свобода слова, он им слова поперек не говорит. Ибо мы сами кузнецы своего счастья и своих проблем.
Мулла не стал ему ничего говорить.
Просто кивнул и удалился.
Андрей же вернулся к подготовке предстоящего шоу…
* * *– Опять ты мрачный. Что-то случилось? – спросила Царица, входя в покои супруга.
Тот махнул рукой, и служка исчез, оставив их наедине.
– Вчера приехали выборные от смоленского полка.
– Смоленск же в осаде. – удивилась она. – И полк в осадном сидении весь.
– Вот то-то и оно, что в осаде. А выборных пропустили.
– И что они хотят?
– Привезли челобитную. Простят оградить их от реформ воинских, дабы не лишать их честной службы и не приписывать к служилым по прибору людишкам.
– Прямо в челобитной так и пишут?
– Так и пишут.
– Если согласишься, то признаешь понижение честности для всех полков.
