– Широко улыбнувшись ответил Андрей. – Ибо мудрый человек однажды сказал – умное лицо еще не признак ума. Потому что именно с этим выражением лица делаются все глупости на земле.
– И что это за мудрец?
– Точно не помню. Кажется, его звали Ходжа, и он очень любил ездить на своем ослике. – совершенно бессовестно соврал князь, выдавая шутку из кинофильма «Тот самый Мюнхгаузен» за восточную мудрость Ходжи Насреддина.
– Понятно, – теперь также улыбаясь ответил этот мулла.
– Вы, я так понимаю, пришли обсуждать сдачу города?
– Почему же сразу сдачу?
– Потому что армия шехзаде разбита, армия эмира разбита, армия мамлюков тоже разбита.
Помощи вам ждать неоткуда. А ко мне эта самая помощь подошла.
– Мы хотим предложить откуп.
– Хорошая попытка, но, увы. – развел руками Андрей.
– ОЧЕНЬ большой откуп.
– Я объявил о Крестовом походе и обозначил конкретную его цель – взятие города Антиохия. Если я возьму ваши деньги и отступлю, то я стану в глазах людей болтуном. Если я возьму ваши деньги и не отступлю, то окажусь мерзавцем.
Оба варианта, как вы понимаете, не выглядят привлекательными.
– А деньги? Ты даже не услышал еще какую сумму мы готовы заплатить?
– Чтобы вы не хотели мне заплатить, эта сумма не может быть больше той, какой вы обладаете. А взяв город я ее все равно получу. Не так ли? Так в чем идея? Ради чего мне терпеть ущерб в репутации?
– Взятие города – дело не простое.
– Серьезно? – рассмеялся Андрей. – Вам напомнить, что я взял Истанбул имея всего две сотни воинов? Или может быть поведать историю о падении Азака?
– Мы прекрасно об этих делах знаем.
Но ситуация иная. Не так ли?
– Иная. Но я бы на вашем месте не был столь самонадеян.
– И какие условия сдачи? – поинтересовался мулла.
– Никакой сдачи! Мы в состоянии отбиться! – воскликнул глава делегации.
– Пускай озвучит условия, – хмуро и твердо произнес мулла так глянув на спорщика, что тот смутился.
– Все жители Антиохии смогут ее свободно покинуть, забрав с собой только то имущество, которое унесут в руках.
Те же жители, что решат остаться, обязаны принять христианство. Православное или латинское. Но лично мне будет приятно, если это будет православие. Хотя я не настаиваю.
– А кто откажется?
– Их убьют.
– Вот так просто? – удивился мулла. – Я слышал, что ты не враг мусульманам.
– Я – не враг. Но так и убивать их буду не я. Не будем лукавить – мне этот город даром не нужен. Я жару не люблю. Тем более тут вокруг пустыни, то есть, песок, который я уже видеть не могу.
