Их задачей было понемногу стравливать веревку, опуская Рикара все ниже. Я искренне надеялся, что ее длины хватит, чтобы достать до дна. Иначе придется потратить еще один день на плетение более длинной веревки.
Приняв от Лени горящий факел, здоровяк поправил торчащий за поясом топор (и зачем он ему там?) и, обмахнув себя щепотью Создателя, медленно переставляя ноги по отвесной стене провала, начал спускаться. Трое мужчин с усилием удерживали веревку, понемногу отпуская ее.
Следом за Рикаром пойду я, а замыкающим — Лени.
Прошло уже довольно много времени, а Рикар все продолжал спускаться. Глядя, как одно за другим аккуратно сложенные кольца веревки разматываются и исчезают в провале, я начал волноваться, хватит ли оставшейся длины.
— Сколько всего веревки? — озабоченно спросил я у стоящего рядом тезки.
— Семьдесят локтей есть, господин. Связали вместе все, что было, — ответил тот, измеряя взглядом оставшееся количество. — Локтей пятьдесят уже ушло. Что ж это за яма-то такая?
— Господин! — воскликнул один из опускающих веревку мужчин.
— Да?
— Веревка ослабла. Кажись, до самого дна опустился.
Подбежав к провалу, я два раза сильно дернул веревку и спустя мгновение ощутил ответное дрожание. Все верно. Рикар достал до дна и подает сигнал, что все в порядке. Подождав еще немного, давая Рикару время отвязаться, я приказал:
— Поднимайте веревку. Да аккуратней, смотрите, чтобы она о край не терлась.
Следующим пойду я. Прислушавшись к своим ощущениям, я с изумленно понял, что нет ни страха, ни волнения, а скорее нетерпение и азарт.
Желание поскорее увидеть собственными глазами, что именно скрывается под каменной толщей.
— Видно, потеря памяти и хорошее дело сотворить может, — задумчиво покачал головой присутствующий здесь же тезка, пораженно поглядывая в мою сторону.
— Как? Как? — удивленно переспросил я. — Что ты имеешь в виду?
— Да ничего, господин, — засмущался тот. — Вырвалось невзначай.
— Вот и продолжай, раз вырвалось, — надавил я.
— Я, правда, толком не знаю, господин, только слухи.
Да и маленький я был, когда произошла та история.
— Рассказывай!
— Ну… не знаю, правда или нет, господин, но говорят, в детстве вы на один из праздников, аккурат под вечер, в колодец замка угодили, и до самого утра пропажи никто не хватился — барон с куртизанкой в ту ночь к соседям на бал укатили. Вам от силы годков пять было. Хозяин вернулся только под утро — тогда и хватились. Барон в гневе тогда многим шкуру спустил, что не доглядели, проворонили.
