Воображаемый младенец из Саранкиной получился трогательный — с пухлыми щечками и большими голубыми глазами…
«Четыре качества принадлежат судье — учтиво слушать, тщательно внимать, размыслив мудро, беспристрастнейше решать!» Эту мудрость Сократа она как-то услышала от одного известного талантливого адвоката и в трудные минуты заученно повторяла ее про себя.
— Ответчик Игнатова, вы признаете исковые требования?"
"Она посмотрела на ответчицу — совсем молоденькую девчушку. Из материалов дела следовало, что Аня Игнатова, сирота из детдома, лишь год назад въехала в квартиру по соседству с Саранкиной, закрепленную за ней государством после смерти отца.
И на тебе — уже трижды залила соседку. Да еще и на такую колоссальную сумму.
И вот стоит эта сиротинка, чуть старше ее Сашки!
Девушка посмотрела на нее испуганными, широко распахнутыми глазищами.
— Я не против… то есть возражений у меня нет…
— Вы уверены, Анна? Вам не требуется время, помощь защитника? Каких-либо дополнительных документов или свидетелей? — Лена почувствовала жалость к сироте, но тут же вспомнила свое заклинание и попыталась стать беспристрастной.
— Да, уверена. Ничего больше не надо, — замотала головой Анна.
— Прошу, истец, изложите суть предъявленных требований.
Саранкина живо подскочила, как будто детская игрушка «обезьянка на пружинке».
— Ваша честь! Эта мерзавка, ничтожество, детдомовка прокля…
Лена хлопнула папкой по столу.
— Истец! Остановитесь! Прекратите нарушать порядок судебного заседания!
Она сама не ожидала от себя такой реакции, но стерпеть откровенное хамство не смогла.
— Я?! Я со всем уважением к суду и вам, ваша честь! — обиженно взвизгнула истица.
Саранкина искренне не понимала, почему судья ее остановила. Она ведь еще и не приступила к перечислению всех мыслимых и немыслимых грехов этой новоиспеченной соседки-детдомовки.
— Давайте по существу — кто, что, когда, где. Понятно? Слушаю вас.
— Ладно… По существу. Эта мерз… ну в общем, Анька, в смысле Игнатова, как вселилась в наш дом, так от нее житья не стало! Чуть не каждый день гулянки, грохот, потопы! А у меня антикварная мебель, персидские ковры, ремонт дорогущий.
Гади… в смысле аморальная личность! Вот! Перепортила все имущество! Требую материального и морального ущерба! — Саранкина поджала свои «силиконовые» губы и полоснула Игнатову ненавидящим взглядом.
— Все? Что-то добавить хотите? — Лена неустанно твердила про себя сократовскую формулу, но помогало это слабо.
