Потом в палате он просил Лику:
— Прости… Я пропустил самый важный момент нашей жизни!
— Если честно, я на это рассчитывала, — фыркнула Лика. — Просила же, не приходи, нечего тебе в роддоме делать. Нет — мы модные и страшно продвинутые… Да если бы ты не выскочил, я бы не родила никогда!
Екатерина Викторовна спала в пластиковой люльке, причмокивая во сне крохотными губами. У нее было красное сморщенное личико и очень темные волосы.
— Слушай, в кого она темненькая такая? — растерянно спросил Виктор, склонившись над люлькой.
— Ты себя давно в зеркале видел? — расхохоталась Лика.
Виктор пощупал волосы на своей голове — он ведь и правда брюнет… кажется.
— Ой, Вить, иди домой, пожалуйста, — взмолилась Лика. — На тебя без смеха смотреть невозможно, а мне смеяться больно, и я спать хочу, сил нет…
Виктор поцеловал Екатерину Викторовну в щечку — наверное, делать это было категорически нельзя — микробы, инфекции и все прочее, но он все равно поцеловал, тем более что Лика уже заснула, практически на полуслове…
Как доехал домой, Виктор не помнил, но по дороге он все же купил бутылку водки и дома, обнаружив ее в кармане куртки, выпил заветные сто граммов, а потом еще сто… Наверное, и правда, лучше было как в старые времена водку пить, чем падать в обморок в роддоме…
Год пролетел незаметно — в хлопотах и счастливых открытиях: Екатерина Викторовна стала держать голову, Екатерина Викторовна поползла, улыбнулась, съела первую ложку прикорма, не выплюнув тертое яблоко, сказала «агу», но как-то так, что Виктору почудилось «папа», и Лика смеялась над тем, что ему в каждом звуке чудилось «папа, папа, папа»…
Он работал как вол — постоянно придумывал новые способы снижения издержек и затрат внутри компании, руководство это ценило и к зарплате постоянно выписывало премии, но, и кроме основной работы, Виктор брал на дом переводы, поражая клиентов сроками и качеством их выполнения.
Ему платили много и даже иногда накидывали за скорость.
Но время на семью у него всегда находилось, и пусть этого времени было мало, минута шла за час, а час за сутки — по удовольствию, которое он получал."
"Виктор сменил «Паджерик» на новый «Патфайндер», купил мощный компьютер, новую мебель и даже подумывал о второй машине, для Лики, чтобы она сама могла возить дочку по врачам, когда он занят, и заезжать в магазины.
