* * *Как-то все не заладилось с самого начала процесса.
Зачем-то Виктор отказался от предложенной юридической помощи.
Сердобольная Евгения Савельевна с утра притащила с собой какого-то потрепанного вида дедка, который представился адвокатом. Она отчаянно наседала на Виктора и советовала идти в суд только с защитником.
— Тоже мне защитник! — Малышев хмыкнул. — Он и себя-то не может защитить. Ну его к лешему!
Виктор хоть и пообещал няньке отправиться в суд с адвокатом, но как только они вышли из дома, тут же постарался от него отделаться.
Дед, как ни странно, даже не обиделся. Только пожал плечами, что-то проскрипел, кажется, на латыни: «Воленс-ноленс»[4] — и испарился.
Судья, которая и в прошлый раз Виктору не понравилась, сегодня вызвала острую неприязнь…
Она бросала, как ему показалось, многозначительные взгляды на холеного банковского хлыща, целью которого было оставить Виктора без квартиры, и хлыщ отвечал ей заговорщицкими улыбками.
«Спелись», — тоскливо подумал Виктор.
А вернее — договорились, потому что ни тот ни другая не смотрят на него, словно он человек-невидимка, или хуже того, ничтожество, которое необязательно замечать.
Интересно, сколько стоит засудить такого человека как он, Виктор?
В рублях, долларах или евро она берет?
Малышев вдруг с острой болью вспомнил момент, когда хотел шагнуть в окно…
Он часто его вспоминал и всегда с одной горькой мыслью — если бы он тогда ушел, если бы Света его не остановила…
Детям могли бы оставить квартиру! Ведь сиротам положено жилье.
И не выселяют у нас несовершеннолетних — тех, кто без родителей остался…
Или не так?
Виктор почувствовал подступивший к горлу комок, сглотнул и протер глаза.
Еще не хватало этим хищникам — судье и банкиру — заметить его слезы.
Он будет бороться. Потому что его детям необходимо достойное жилье, а не метания по съемным квартирам.
Виктор поднял голову и расправил плечи. Да, он будет бороться — грамотно, напористо и хладнокровно.
Ведь его ход со встречным иском сыграл свою роль!
Правильно ему в Интернете подсказал один известный адвокат.
Не поленился ответить и даже скинул форму искового заявления. И еще дописал: «Наступайте, Виктор! Ваше дело правое! Удачи, Артем П.».
Виктор распечатал это послание и повесил над письменным столом, за которым проводил ночи напролет, выискивая прецеденты или хоть какие-то зацепки и соломинки для спасения своей квартиры.
Да и жизни.
— Прошу стороны встать.
