Вернее сказать, даже от очень больших!
Это были следователи, прокуроры, приставы и прочая чиновничья братия.
Честно говоря, несмотря на дополнительные проблемы и сложности, такая ситуация где-то в глубине души даже нравилась Бородянскому. Ведь не до второго же потопа подмазывать всех этих вымогателей! А всю чиновничью когорту, от которой в какой-то мере зависело благополучие его любимого банка, он иначе как вымогателями и не считал.
Глядишь, так и избавимся от коррупции…
Лет через сто!
Бородянский улыбнулся своим мыслям и снова вопрошающе кивнул притихшему Троицкому.
— Да, да, Евгений Альфредович! Все будет в порядке, — встрепенулся главный юрист «Астра-Финанса». И добавил уже совсем бодро: — Как обычно! Вы же меня знаете!
Перед Бородянским вновь сидел хорошо ему знакомый супермен Троицкий — сажень в плечах, волевой подбородок, тридцать два белейших зуба. Редкое сочетание интеллекта и физического совершенства.
— Так уже лучше. Значит, с судьей все решено?
— Более чем. Не беспокойтесь, шеф! Проверено лично.
— Андрей снова широко улыбнулся, но его уверенность почему-то вовсе не успокоила начальника.
Тем не менее Бородянский решил завершить на сегодня совещание. Тем паче это было всего лишь очередное из сотни подобных дел. И не у таких «Малышевых» изымали заложенные квартиры и дома. Троицкий не подведет.
Он жестом отпустил юриста.
— Ну, хорошо. Иди, действуй. Без брака!
— Что? — неожиданно переспросил Троицкий, но тут же спохватился: — А, вы в смысле «производственного»…"
"— Само собой.
А ты о чем? Андрей, тебе надо бы отдохнуть. Чего-то перегрелся ты, дружище. Заканчивай эти процессы и отправляйся на пару недель в отпуск. Я тебе даже билет подарю в качестве премии. До Майами и обратно. А если захочешь, можешь на Сант-Бартс слетать. Там сейчас все наши тусят. Оттянись. Возьми с собой самую красивую девушку, а лучше пару. Ха-ха! Ты мне нужен здоровый, уверенный, собранный. Все понял? Иди за новой победой! — И, не дожидаясь ответа, Евгений Альфредович снял трубку телефона на столе.
— Настенька, соедини с Алексеем Леонидовичем, срочно.
Троицкий вышел.
Он и впрямь стал слегка растерянным. Точнее, задумчивым.
А все эта судья…
Кузнецова.
Лена.
Вот уж и впрямь на старуху — проруха. Андрей машинально глянул в зеркало на стене приемной председателя, чуть тронул и без того идеальный узел модного галстука, подмигнул сам себе и решительно двинулся в суд.
На два часа было назначено заседание по делу этого странного типа Малышева.
