Ему приснилась Лена в черном вечернем платье с бриллиантовым ожерельем на шее. Она шла по красной дорожке, как известная актриса на Каннском фестивале. Вокруг суетились фотографы — щелкали затворы фотокамер, мелькали вспышки, — а толпы холеных красавцев в белых костюмах пытались взять у нее автограф.
— Лена! — через их головы крикнул Говоров.
Она оглянулась, ожерелье исчезло с ее шеи, а шикарное платье превратилось в судейскую мантию. Говоров понял, что Лену надо спасать — от этих вспышек, от белых костюмов, от автографов.
Никита рванулся вперед, но тут же застрял в вязкой, точно болото, толпе и начал задыхаться, тонуть…
Он проснулся, выключил музыку, разложил диван, постелил, разделся и лег.
«Ничего не произошло, — сказал он себе. — В конце концов, она мне обет верности не давала…»
В прокуратуру Никита приехал невыспавшийся, разбитый и злой. Две чашки крепкого кофе не спасли, и он вышел в коридор покурить.
В закутке под лестницей затягивалась длинной коричневой сигаретой Маша — еще одно напоминание о Кузнецовой, потому что Маша была лучшей подругой Лены.
— Что смурной такой? — поинтересовалась она, глядя, как Говоров слегка дрожащими пальцами достает сигарету из пачки.
— Не выспался, — отмахнулся Никита. — Баха слушал.
— Хорошее дело, — одобрила Маша. — Нет чтобы хорошим делом вместе с Ленкой заняться! Она тоже Баха любит.
— Да что ж это такое! — Никита стал хлопать себя по карманам в поисках зажигалки.
Маша протянула ему сувенирную коробочку спичек, продолжая гнуть свою линию.
— Ленусик совсем закисла: работа — дом, работа — дом… Смотреть жалко.
— Видел я, как она закисла, — пробормотал Никита, ломая о коробок спичку за спичкой…
— Что ты видел? — насторожилась Маша.
— Да так… — Меньше всего Никите хотелось рассказывать о вчерашнем своем позоре, хотя он понимал: Маша на правах лучшей подруги все равно рано или поздно о нем узнает.
Он наконец прикурил, втянув терпкий дым в легкие. Последняя сигарета, привычно подумал он в свое оправдание. Точно последняя…
— Выкладывай, все равно узнаю, — требовательно потеребила его за рукав Маша.
Говоров как можно равнодушнее пожал плечами. Может, и правда самому лучше все рассказать, чем ждать интерпретации событий от Лены.
— Хотел я вчера Лену на Баха позвать, цветы купил, к подъезду пришел, чтобы с работы встретить…
— Ну? — от нетерпения Маша едва не притопнула.
— Прождал два часа. Она приехала на «БМВ Х6» с каким-то плейбоем и ведром роз.
— Ленка?! С плейбоем?! — Маша расхохоталась.
