Хотелось вприпрыжку пробежаться под осенним дождем, раскинув в стороны руки, почувствовать как холодный ветер обжигает кожу и вдохнуть полной грудью чистый воздух.
Не получилось. Вот тут они выступили единым фронтом - родители с братом, врачи и… Дима. Даже Наташка их поддержала. Я очень боялась, что папа с Лукашем обязательно скажут пару ласковых Дымову про его женатость - у них не заржавеет, но если там и были выяснения отношений, то я не слышала, да и мне никто не сказал. Брат бы точно не удержался - все бы выдал.
Днем звонили “шкаф” и Денис. Водитель Дымова ругался - на меня, что пошла в центр, на сам центр, который сдали в эксплуатацию без соблюдения норм противопожарной безопасности, на пожарных, которые могли бы и раньше приехать, больше всего досталось Антону. Еле успокоила Юру. А вот Кораблев никого не ругал - даже меня, просто сказал, что не дал хода моему заявлению об уходе. И вообще - “выздоравливай, Петра, мы тебя ждем”.
А ближе к вечеру ко мне заглянул Антон. Нам обоим было очень неловко - он явно винил себя, что мы оба чуть не погибли, а я - за то, что использовала его, что пообещала того, чего никогда не смогу выполнить.
- Проводка полетела… как раз на нашем этаже, - Антон стоит у окна в моей палате и смотрит на листья, облетающие с деревьев. - И не сработали датчики воды… это же наш центр, Петра…
-Мне очень жаль, - тихо, не глядя на него выговариваю я. - Но ты же ни в чем не виноват. Так случилось. Главное, что все живы.
Он оборачивается - грустный и какой-то потерянный.
Не представляю, как ему сказать правду. Но мне даже не пришлось ничего объяснять. Антон, оказывается, уже все и так знал.
-У тебя есть парень, как я понял. Вы поссорились и тут я появился, верно, - он не спрашивает, говорит чуть устало. - Мне твой брат сказал.
Лукаш!
-Я… Антон, я правда тогда думала, что между нами все кончено, у нас с ним все очень непросто и…
Не знаю, куда глаза деть, хоть под кровать прячься, но это не вариант. Да и не я это буду. Поэтому слезаю с кровати и подхожу ближе к Антону.
-Я очень плохо с тобой поступила. Ты мне очень нравишься, как друг, как очень хороший человек и мне в Воронеже было с тобой очень здорово. Но я точно не та девушка, с которой ты будешь счастлив. Я прошу у тебя прощения.
Откуда смелость взялась, не знаю, но главное, что она есть.
Антон молчит, наверное, с минуту, заставляя меня нервничать. Но все, что я хотела сказать, я сказала, теперь его ход.
-Ты тоже извини, - наконец произносит он.
