– О, putain![121] – вскричала Одетта, поймав Селину за миг до того, как та ударилась о холодный камень. – Ты разваливаешься на части у меня на глазах. – Она подхватила Селину одной рукой, другую положила ей на плечо, а затем повела ее по темному коридору.
Селина припала к Одетте, борясь с желанием сомкнуть глаза.
– Спасибо, – глухо прозвучал ее голос. – За все. – Она крепко сжала покрытую перчаткой руку подруги.
– Не за что, мой бесстрашный олененок. Но если ты хочешь, чтобы твой смехотворный план сработал… И кто вообще употребляет такое слово? В общем, тебе недостаточно быть бесстрашной.
Ты должна быть безрассудной. Полагаю, после сегодняшней ночи с этим не возникнет проблем. Не каждый день встретишь девушку, которая вонзила в демона ножницы для шитья. Ах, я бы посмотрела на это! – За словами последовал горький смех Одетты, который разнесся по коридору, как колокольчики. – И я нахожу просто поразительным то, как ты общительна после того, как стала свидетелем таких жутких событий.
Большинство людей, которых я знаю, не могут связать и двух слов после подобного. Ты необычна, как ни взгляни, Селина Руссо. – Одетта с уважением усмехнулась.
Селина сумела улыбнуться сквозь сковывающую ее усталость. Следующая мысль отрезвила ее за секунду.
– Почему они так сильно друг друга ненавидят? – промямлила она.
– Кто кого ненавидит, mon amie? Я не знаю ничего, кроме любви.
– Пожалуйста, – Селина пихнула Одетту в ребра локтем, – я слишком устала, чтобы играть в эти игры.
Мне даже ногами передвигать тяжело.
– А почему ты думаешь, что они друг друга ненавидят?
– Откуда мне знать?
– Ткни пальцем в небо. Эта сказка стара, как мир.
– Из-за девушки? – Селина снова моргнула, сморщив нос от этой мысли.
– Все верно.
– О, – и опустила плечи.
Может быть, у той девушки как раз таки была достойная родословная. Селина медленно выдохнула. Ее не должны волновать подобные вопросы. Больше не должны.
Они повернули за угол, их шаги разносились легким эхом по выточенному мрамору.
Селина почти готова была поклясться, что Одетта в одиночку тащила и свой, и ее вес на плечах с силой и пылкостью амазонки.
– Она была красивой? – Голос Селины прозвучал очень слабо. Неуверенно. Именно таким голосом задают подобные вопросы.
– Очень, – ответила Одетта легко, несмотря на свою ношу. – Пела как жаворонок и танцевала в свете солнца. – На ухо Селине она добавила: – Но не переживай, она была не столь красива, как ты.
