Европа не смогла бы ему противостоять, потому что к тому времени начался «год без лета» — всюду царил голод, недоверие властям, а прежние союзники уже переругались.
— Смутно, — признался принц.
— Это потому что ты совсем не увлекался социальными науками, мой друг. Война для тебя что-то вроде охоты на кенгуру, а не проблема ресурсов. Ты вообще никогда не думал о них. Твое будущее было детерминировано, и какое тебе дело до винтиков и шестеренок, что доставляют тебе на стол хлеб насущный?
— Пф… как будто ты жил в нищете.
— Нет. Но я все время думал о повышении статуса.
— И пошел в шуты.
— И оказался там, где сейчас. В рабочем кабинете правителя целой планеты.
— Ладно, — сдался принц. — Если ты действительно так считаешь, мы поговорим с маркизом. Надеюсь он не слишком стар для такой работы.
— О нет. По слухам он все ещё любит пройтись по трущобам Милады, как в старые добрые времена. Подышать одним воздухом с народом, так он это называл.
* * *После того, как принц разогнал Сенат, вернее отменил его заседания, господа сенаторы стали искать обходные пути сохранения своего влияния на политический процесс королевства, и одним из таких путей являлись дворянские депутации, которые принц обязан был принимать.
Словоблудие, заискивания, попытка заслужить милость правителя утомляли Фроди чуть ли не больше, чем прежние скучные заседания. На этот раз, однако, сенаторы во главе с обер-секретарем пришли с конкретными предложениями.
— Вам следует принести жертву богам, ваше высочество, — предложил обер-секретарь граф Ирвин.
Остальные одобрительно закивали.
— Сенаторы всё же не зря едят свой хлеб, — проговорил Маскариль. — Гениальные мысли иногда рождаются даже в их пустых головах. По крайней мере нам не лишним будет размяться.
Не откладывая дело на потом, они надели церемониальные балахоны из некрашеной грубой ткани, погрузились на лодки и отправились вниз по течению Ауры к капищу, что располагалось на острове Вери или Жертвоприношений, как его называли горожане.
Церемония не предусматривала обязательного молчания, однако, требовала почтительного отношения к богам, что исключало сквернословие и крики.
Этим и воспользовался сосед принца по лодке министр финансов виконт Томас Левин.
— Этот ваш капитан из народа вербует рекрутов, точно выбирает вырезку в мясной лавке, — шепотом пожаловался он. — Инженер Джонсон будет получать тройной оклад до окончания боевых действий. Так значится в контракте. Гарру набирает кого попало и обещает повышенную оплату.
